Видео закончилось, а я все не моргая таращился на экран.
Как я и думал.
Во мне бурлила смесь непонятных чувств. Облегчение, гнев, сожаление. Я был так занят тем, чтобы сдержать гнев, направленный на Моррисона, что совсем не подумал, что мне делать с Кристен. Изначально это она сделала видео и обрезала его, чтобы еще больше усложнить мне жизнь, а потом продала его за бесценок.
По крайней мере, теперь у меня имелась вторая часть с указанием времени и прочего. Если все пошло бы под откос, Бейли хотя бы осталась бы в стороне. Теперь никто не поверил бы, что она участвовала в видео.
– Если при выдвижении обвинений предоставишь полиции вероятный мотив, они и сами откопают это видео, – кивнул Винсент на свой телефон. Экран его уже погас, но я все еще сжимал гаджет в руке. – Аудиозапись, которую ты получил законным путем, даст им хорошую отправную точку. Найти видеозапись несложно, если только коп, занимающийся этим делом, не полный придурок. – Он устало вздохнул. – Но к сожалению, многие из них именно такие.
Моим делом, скорее всего, занимался бы самый настоящий идиот – с моей‐то удачей. Хотя об этом я мог подумать и позже.
Я отдал телефон Винсенту.
– Кто‐то следит за Бейли?
– Нет, но думаю, тебе известно, что за тобой повсюду таскается хвост?
По спине пробежал холодок.
– Возникало такое подозрение.
Однако подтверждение этого не сделало ситуацию менее тревожной.
– Еще одна фирма частных детективов. «Трэверс Милл». Цены запрашивают гигантские, а работу выполняют небрежно. Были наняты, – он опустил взгляд, чтобы свериться со своими заметками, – Лукасом Моррисоном.
Не удивительно.
– Как долго они уже за мной следят?
– Месяц.
Черт меня дери. С тех пор, как он преследовал Бейли на машине.
Винсент пожал плечами и поднес стакан ко рту.
– Как я уже сказал, в работе они небрежны. Их можно отыскать по следу из хлебных крошек.
– И они все еще ходят за мной?
– Нет. – Кружка зловеще звякнула об стол. – И больше не станут, – скривил он губы. – Я об этом позаботился.
– Подожди, но если никто не следил за Бейли, как Моррисон узнал о том, что происходит в ее жизни?
– О, «Трэверс Милл» определенно в этом покопались.
Еще одна волна холода прошлась по телу при мысли о том, что приспешники Люка засунули нос в личные дела Бейли. Я постарался выкинуть это из головы, поскольку больше они этого делать не стали бы.
– Но за ней они не бегали так, как за тобой, – добавил Винсент. – В ее жизнь они тоже вмешиваться больше не будут. Их детектив был слишком беспечен, нарушил несколько законов и даже не попытался замести следы. Можешь быть уверен – они оставят вас в покое.
– Значит, теперь я могу с ней поговорить?
– Да, – ответил он. – В ближайшем времени «Трэверс Милл» должны сообщить Люку о том, что их разоблачили, так что успевай, пока этого не произошло. Я похожу за тобой несколько дней, чтобы удостовериться, что они отвалили.
Поток воздуха наполнил легкие, словно я задержал дыхание, даже не осознавая этого.
Я мог увидеться с Бейли. Поговорить с ней. Рассказать ей все. Умолять простить меня… Или хотя бы попытаться.
– Пока мы разговариваем, Стюарт занимается юридическими составляющими, – добавил Винсент.
Кроме того, чтобы поговорить с менеджером команды Лос-Анджелеса, Стюарт планировал «вывести пятно от дерьма», обратившись прямиком к источнику этого самого пятна – к родителям Люка. Он полагал, что аудиозаписи разговора в грузовике и угрозы публичным судебным разбирательством окажется достаточно, чтобы те пошли на попятную. Не говоря уже об уголовных обвинениях.
Я не мог больше ждать, сработает это или нет. Раз уж горизонт был чист, ничего не могло помешать мне встретиться с Бейли.
