Ханаби быстрым шагом направилась вдоль вновь отстроенных улиц к зданию с подсвеченной надписью: «Медицинское учреждение». У входа она заметила фигуру, которая показалась ей знакомой.
— Ханаби-чан! — воскликнул Конохамару и улыбнулся.
В первый раз он так обращался к ней.
— Привет, тебя отправили за медикаментами для фронта?
— Да, но, похоже, возникли какие-то трудности…
— Ханаби-сама, — произнесла медсестра, выглядывая на улицу из темного прохода коридора. — Там с бумагами не все в порядке…
Куноичи взяла из рук генина документ и внимательно прочитала, нахмурившись на последних строках.
— Ну да, не все подписи проставлены.
— Это я виноват: не проверил, когда принимал задание. Сейчас я быстро сбегаю…
— Не нужно, — перебила юношу Ханаби. — Сестра, пожалуйста, выдайте все, что требуется.
Женщина медик кивнула и скрылась в помещении. В одном из окон больницы загорелся свет, в его рассеянном потоке молодые люди смогли лучше рассмотреть друг друга. Конохамару подумал, что Ханаби выглядит в своих черных хакама и светло-сером хаори с символикой клана как в тот день, когда они впервые столкнулись друг с другом. Однако он уже не чувствовал себя младшим и отстающим, благодаря своей схватке с Пэйном обретя большую уверенность в собственных силах, поэтому мог разговаривать с куноичи по-взрослому, без прежних высокопарных формулировок и робости, со спокойным дружелюбием.
— Спасибо, что помогаешь решить вопрос без проволочек.
— Завтра отправляете?
— Да. Думаю, медики будут рады получить такой большой запас знаменитой мази Хьюга.
— Все что угодно, лишь бы поскорее залечить раны нашей армии… — тихо сказала Ханаби, опуская глаза.
Конохамару какое-то время молча смотрел на нее, затем так же тихо произнес:
— Все мы тревожимся. Расстроилась, когда поняла, что нас не возьмут на войну?
— А ты разве нет? Брат сказал мне в шутку: «генинам запрещено умирать», и вот теперь я думаю: а когда будет можно?.. Мы с тобой так давно учимся, тренируемся, стараемся стать сильнее — и вечно догоняем кого-то. Бежим, бежим, кажется, делаем первый шаг, получаем свои повязки — и вдруг оказывается, что этого недостаточно… Мы все еще дети в глазах старших поколений.
Конохамару ответил вздохом на эту тираду.
— Знаешь, моя сестра на четыре года старше меня, но я считаюсь сильнее. Однако даже она на войне, а я стою тут, считаю коробки с лекарствами…
— Да, обидно…
— Предполагается, что я однажды займу пост главы клана, но кто будет воспринимать меня всерьез, если я даже не воевала? Всех Хьюга ведет в бой мой двоюродный брат… Вот кто должен был бы возглавлять клан по всей справедливости… То, что я была всего лишь генином, все забудут, зато будут помнить и попрекать меня тем, что я отсиживалась за чужими спинами! Это невыносимо, когда на тебя смотрят с укором и презрением, особенно если глаза всех Хьюга обращены на тебя…
— Сейчас на тебя смотрю только я, — мягко заметил Конохамару.
— И все это… пока твои родные рискуют жизнью!
— Я понимаю. Ты же знаешь, что мой старший товарищ и любимый наставник братец Наруто — главный враг Акацки? Что бы ни случилось, он будет в самом жарком пекле. И знаешь что? Я полностью в нем уверен!
Ханаби усмехнулась, взглянув на решительное лицо Конохамару и его темные глаза, светившиеся воодушевлением.
— Пока собирают лекарства, можно тебя попросить об одном одолжении? — спросила она.
— Да, конечно.
— Пойдем со мной в одно место.
Молодые люди отошли от больницы и завернули за угол. В части квартала, где стояли самые первые постройки, сделали декоративный колодец и высадили кусты белого жасмина, которые уже успели прижиться.
— Можешь выкопать небольшую ямку под светлым камнем у восточной стороны и принести мне то, что там найдешь?
Конохамару, немного удивленный этим поручением, все же выполнил его в точности и вернулся, держа на раскрытой ладони маленький колокольчик.
— Что это? — с любопытством спросил он.
— Загляни вовнутрь.
Юноша чуть разогнул створки круглого колокольчика и высвободил короткую шелковую ленточку, привязанную к язычку.
— Моя сестра научила меня когда-то играть в «секреты»: раньше мы с ней прятали в самых разных местах ленточки с желаниями. Потом мы выросли, и в какой-то момент я просто перестала понимать, чего хочу. Точнее… знаешь это ощущение, когда ты хочешь чего-то так сильно, что язык не поворачивается говорить об этом — так тебе больно от его несбыточности. В общем, я решила заменить пожелания на предсказания, и у тебя сейчас одно из них.
— Ты знаешь, какое?
— Нет, я перемешивала их и прятала в случайном порядке. Думаю, для таких дней, как сегодня.
— Мне прочитать?
— Да.
Конохамару растянул ленточку между пальцами и прочел в неверном свете:
— Однажды твоя сила станет решающей.
— Ты сам это только что придумал?! — воскликнула Ханаби.
— Нет! Сама посмотри, — юноша показал куноичи ленту.
— Ничего себе… — Ханаби невольно заулыбалась, и Конохамару улыбнулся вместе с ней.
— Ой, коробки… Надо было помочь госпоже медику, а я заболтался с тобой!
— Тогда пойдем и поможем вместе.
========== Глава VII. Коноханаби ==========
