Дни великих сражений остались позади. Погибшие были оплаканы, герои — окружены почетом и славой. Одним из таких героев, решивших исход войны, был Узумаки Наруто, к которому Ханаби внезапно воспылала неприязнью.
Отчасти дело было в том, что его в те дни обожали все, и в куноичи пробудился дух противоречия. Она также окончательно укрепилась в своих подозрениях по поводу чувств старшей сестры: Хината определенно была влюблена в Наруто. Причем об этом, похоже, знали все, кроме него самого. Ханаби переживала за сестру и оскорблялась за нее же, сетуя на тупость великого героя войны, который хоть и не был достоин Хинаты, несмотря на все свои достижения, но лучше бы имел совесть ответить на ее чувства взаимностью!
Кроме всего прочего, Ханаби замечала, с каким обожанием смотрит на него Конохамару, как стремится быть похожим на своего старшего товарища во всем. Сама куноичи пережила этап восхищения кумиром в далеком детстве, когда обожала старшую сестру и никак не могла от нее отлепиться. Она до сих пор помнила боль жестокого разочарования, свою ненависть и жалость к сестре, когда Ханаби еще не могла понять ее мотивов и ничего не знала о политике клана.
Вдруг Конохамару однажды доведется испытать такое же разочарование?
С некоторых пор Ханаби воспринимала его одновременно как товарища и как соперника в погоне за успехом на пути ниндзя. Еще в дни войны девушка невольно обнаружила, что настоящее соперничество может быть только с равным. Ей было интересно соотносить свои достижения с достижениями Конохамару, и в душе она желала ему не отставать от нее самой. Следовательно, глупое подражание и равнение на кумира были лишь помехой.
Однако произошло событие, благодаря которому Ханаби пришлось пересмотреть свое отношение к Наруто.
Спустя два года после войны на клан Хьюга напал Ооцуцуки Тонери. Он похитил Ханаби и забрал ее бьякуган. Куноичи почти ничего не помнила о том происшествии, так как большую часть времени находилась без сознания или в состоянии глубокого сна. Наруто вместе с командой из четырех человек, включая Хинату, спас девушку и вернул ее домой.
Очнувшись, Ханаби обнаружила, что за время миссии что-то произошло между ее сестрой и Наруто и теперь они встречаются. Эта новость ее обрадовала, а еще было приятно услышать от Конохамару, что его старший товарищ выбрал себе в невесты «самую милую и красивую даму на свете».
— Я думала, тебе не нравится бьякуган, — с усмешкой заметила Ханаби в ответ на его слова.
Конохамару немного замялся и пробормотал:
— Нравится…
«Без ума влюблен в своего Наруто, — подумала куноичи, — и готов безоговорочно полюбить все, что с ним связано…»
Еще каких-то четыре года назад Ханаби ела бы себя поедом за то, что стала беспомощной жертвой в истории с Тонери и доставила окружающим множество проблем, но после наступления мирной жизни сила постепенно и незаметно начинала уходить на второй план, а другие человеческие качества ценились все больше.
С удивлением Ханаби поняла, что никто не винил ее и не называл бесполезной, что многие искренне волновались за девушку и радовались ее спасению. Куноичи как будто прозрела и увидела, как к ней относились на самом деле, и оказалось, что ее открытый нрав и жизнерадостность расположили к ней большую часть соклановцев. Может, она и не успела совершить ничего героического, но никогда не закрывала глаза на беды окружающих, не уставала проявлять сочувствие и оказывать поддержку там, где могла. Сама того не осознавая, она уже делала первые шаги к положению лидера клана.
После того, как бьякуган Ханаби был извлечен и какое-то время использовался Тонери для генерации тенсейгана, куноичи ощутила, что ее глаза изменились. Возможно, потомок Хамуры лишь ускорил естественные процессы в развитии ее бьякугана, так или иначе, девушка почувствовала себя сильнее.
Она начала лучше разбираться в людях, сделалась проницательнее, а позднее, в более зрелом возрасте могла узреть мотивы и стремления, а также определяющие характеристики личности, стоило лишь повнимательнее приглядеться. Сначала ее успехи в этом были ничтожны, приходилось заново учиться доверять собственной интуиции, но со временем для Ханаби открылся новый мир — внутренний мир людей, на которых даже прочие обладатели бьякугана привыкли смотреть лишь поверхностно.
О такой стороне силы глаз Хьюга многие и не подозревали.
Самый славный клан Конохи готовился к свадьбе Наруто и Хинаты. Ханаби была как никогда энергична и не упустила ни одной возможности засунуть свой нос во все дела, касающиеся будущего торжества. Куноичи любила праздники и веселье, любила, когда всем радостно и хорошо, и чудесным образом подпитывалась такой атмосферой.
— Должны быть фейерверки! — твердила она всем и каждому, кто был причастен к организации свадьбы. — Огромные огненные цветы!
Сначала Хьюга Хиаши посчитал это блажью, но потом согласился, что подобное зрелище не лишено символичности, особенно учитывая предполагаемое присутствие на празднике представителей других стран и деревень.
