В то же время Ханаби не тешила себя иллюзиями по поводу того, какова ее собственная репутация среди одноклассников. Куноичи знала, что из-за ее напора и целеустремленности некоторые считают ее резкой. Хотя раньше она любила поиграть и посмеяться с друзьями, со временем жесткий график тренировок и дополнительные занятия забрали все ее свободное время и часть жизнерадостности. После последних событий и перемен в клане Ханаби и вовсе сделалась задумчивой и мрачной, грубо отвечая на все попытки вывести ее из этого состояния.
И теперь, глядя на спину шедшего впереди Кэнсина, юная куноичи хотела бы многое изменить, быть вежливой и дружелюбной, чаще улыбаться и казаться привлекательной.
Но разве можно казаться привлекательной с этими страшными белыми глазами без зрачка?! Большинство людей они пугали и отталкивали. И хотя клан Хьюга считался самым сильным в Деревне Листа и являлся ее опорой и гордостью, мало кто мог воспринимать бьякуган, видящий всех насквозь, не как угрозу.
Кэнсин шел в направлении рынка, и Ханаби как бы невзначай следовала за ним, мысленно подыскивая повод подойти и завязать беседу. А до тех пор ей хотелось оставаться незамеченной. На рынке вести наблюдение было удобнее — там толпилось множество народу, переходящего от прилавка к прилавку. Ханаби делала то же самое, изображая заинтересованность товаром и краем глаза поглядывая на объект своего настоящего интереса. Кэнсин покупал фрукты и очень мило краснел, обращаясь к торговцу с вопросами. Это зрелище настолько увлекло куноичи, что она не заметила Конохамару, занявшего наблюдательный пункт возле цветочной лавки: он в свою очередь следил за Ханаби.
Наконец Кэнсин оказался всего в десятке шагов от куноичи и остановился как раз у лотка со сладостями. Ну что стоит подойти и как бы между прочим завести разговор о сладостях? Тема приятная и глубокая, простор для фантазии… Ханаби решилась было двинуться в его сторону, как перед ней возник Конохамару и, вежливо поклонившись, произнес:
— Приветствую вас, благородная дама! — и тут же, сделав резкий взмах рукой, достал из-за спины букетик розовых хризантем.
Куноичи, испугавшись непонятного движения и, конечно, не ожидая ничего хорошего от мальчишки, доставлявшего ей неприятности не раз, отпрянула назад, приготовившись защищаться и подняв перед собой раскрытые ладони. Отступая, она налетела на лотки со свежими куриными яйцами и опрокинула несколько из них. Разбилось больше трех десятков яиц, и возмущенный торговец принялся громко кричать и отчитывать неуклюжую девицу от души.
Очевидно, он не был жителем Конохи и привез свои товары откуда-то из провинции, иначе не посмел бы повышать голос на человека с бьякуганом. Но, к досаде Ханаби, торговец ее не узнал и обругал как последнего шалопая.
Куноичи, розовая, как преподнесенный ей, но, увы, оставшийся без внимания букет, чувствуя, что на нее смотрят все посетители рынка, а главное Кэнсин, не выдержала и буркнула в ответ:
— Да не кричите вы… Я выкуплю ваш товар.
— Да уж прям, выкупит она! Посмотрите на эту девчонку! Откуда у тебя столько денег? Да разве в деньгах дело, а кто будет все это убирать?!
Ханаби обернулась, ища глазами Конохамару, чтобы сбросить на него всю ответственность за случившееся, но тот почел за благо ретироваться и уже скрылся из поля ее зрения. Положив на прилавок несколько бумажных банкнот, куноичи сказала сквозь зубы:
— Сами уберете.
В этот момент хозяин соседней лавки что-то испуганно шептал на ухо продавцу яиц, так что тот и сам перепугался и пробормотал:
— Зачем же мне ваши деньги… Я без претензии… Ну разбили и разбили, с кем не бывает…
— Да возьмите же! Я же сказала, что выкуплю ваш товар. Я не могу быть в долгу.
— Ну, это другое дело! Тогда…
Продавец ловко наложил яиц в два большущих бумажных пакета и сунул в руки Ханаби, кланяясь и силясь улыбнуться.
— Хорошего дня вам, милая девушка, хорошего дня!
Ничего не оставалась кроме как кивнуть в ответ, забрать пакеты и откланяться под множеством любопытствующих взглядов. Ханаби уже не искала среди них Кэнсина, а хотела лишь поскорее сбежать и попытаться забыть всю неловкость происходящего.
«Что за день… Знала же, что ничто хорошее не случается просто так. Освободилась от тренировки, не успела порадоваться — и вот что получила взамен!» — думала куноичи, шагая по улице с бумажными пакетами в руках. И куда девать столько яиц?..
Внезапно ей показалось, что она ощущает чье-то присутствие. Улочка была узкой, и лишь в дальнем конце ее ковылял какой-то дед с палкой, а по бокам тесными рядами стояли стены домов.
«Нет, это где-то за спиной», — подумала Ханаби, мгновенно насторожившись. Она была носительницей чистейшего бьякугана, не защищенного от извлечения печатью, так что являлась желанной мишенью для ниндзя других стран. Ей с детства твердили об осторожности и помогали развивать чутье, так что своим ощущениям Ханаби привыкла доверять.
«Бьякуган!» — мысленно сказала она, усилием воли активируя особое зрение.
