Из-за дождя сперва было сложно разобрать, кто где, и что за толчея у ладьи, приготовленной для молодых. Только приблизившись, стало ясно, возле кораблей идет бой. Бояре, дружинники и люди в зеленых плащах резали друг друга. Передав руку Огнеславы отцу, молодой князь подался вперед. «Это Братство! Они пытаются привлечь внимание и спровоцировать появление змея!» — подумал Аскольд. Однако гости на свадьбе вооружены, численный перевес на стороне правителей Зеяжска, а змей не прилетит.
— Защищайте женщин! — крикнул он оставшимся и поспешил к кораблям.
Мгновенно оценив ситуацию, поняв, что не сможет разить врагов выборочно, молодой князь замер у входа на пристань. Держа руки перед собой, Аскольд заговаривал воздух. Пространство перед ладонями исказилось, будто бы собираясь в сгусток. Как только он двинул руки вперед, этот сгусток образовал что-то вроде волны. Прокатившись по дерущимся, волна повалила людей наземь, одного за другим. На камнях распластались и нападавшие, и защитники. В это самое время раздался женский крик.
Обернувшись, увидел, что на родителей и их окружение тоже напали. Мужчины, и стар и млад, обнажив оружие, приняли бой. Женщины жались друг к другу за их спинами. Аскольд с отцом предвидели и такой вариант развития событий. Княжич подал условный сигнал и, словно возникая из воздуха, на священных камнях появилась рать в черных одеждах.
Следуя приказу, все до единого, воины Черного дворца обнажили свои мечи против Братства. Колдуны, видимо, не ожидали такого «подарка». Из ближайшего леса тут же явилось подкрепление змееборцев. Но, даже привлекая все свои силы, они отступали, не имея возможности совладать с тенями, которых было явно больше. Мечи братства хоть и светились невообразимым синим светом, не наносили ран обладателям черных одежд. А вот тени рубили без промаха, не медля.
Дождь начал стихать также стремительно, как и начался. «Колдовство! Проклятые любители сырости!» — промелькнуло в голове у Аскольда, пока он бежал на помощь к отцу. Потратив слишком много сил, чтобы лишить сознания тех, кто сражался на берегу, ему предстояло взяться за оружие. По крайней мере, пока снова не почувствует в себе достаточно энергии для использования магии. Перехватив меч у одного из оказавшихся рядом дружинников, он бросился на врага.
Камни под ногами окрасились кровью. Змееборцы были стремительно оттеснены в сторону и, поняв, что проигрывают, обратились в бегство. То тут, то там их настигали тени и, беспощадно рубя, отправляли к праотцам. Вскоре берег опустел, на нем остались лишь люди Аскольда, гости, да порубленные тела. Дождь закончился. Тучи рассеялись, и показалось золотое осеннее солнце.
— Что дочка, напугалась? — похлопал по руке побледневшую Огнеславу князь Буеслав.
Аскольд вытер с лица чужую кровь и усмехнулся, глядя, как потерявшая дар речи девица судорожно кивает. Гости неспешно брели к кораблям, то и дело оглядываясь. Княгиня Верея командовала женщинами, что от пережитого ужаса никак не могли прийти в себя. С неба опустился орел, видимо узрев возможность поживиться. Буеслав, по отечески, обнял Огнеславу и повел её в сторону пристани. Аскольд на миг отвернулся, осматриваясь и тут же, вздрогнув, взглянул обратно, услышав хрип отца.
Рядом с князем, оскалившись, стоял колдун с рыжеватой бородой и татуировкой пикирующего сокола на голом теле. Орел?! По горлу старого князя пролегла черно-красная полоса. Огнеслава с криком отпрянула, закрывая лицо руками, но тут же была схвачена костлявыми пальцами и резким движением отброшена назад, в заранее вычерченный кем-то на камнях круг. Аскольд хотел было наброситься на убийцу, но боярин Светмил опередил его, уверенным взмахом меча, отрубив колдуну голову. Взметнулись рядом силуэты теней. Прибежала княгиня Верея, схватила упавшее тело мужа за одежды, трясла и звала его. Но было поздно. Колдун перерезал шею Буеслава почти полностью, князь скончался мгновенно. Аскольд стоял в оцепенении. Он просто смотрел пустыми глазами, пытаясь осознать тот факт, что только что потерял отца. Потерял не в бою и не после долгой болезни, а по глупости, потому, что расслабился и не проявил достаточной бдительности. Они вместе просчитали все возможные варианты битвы, но даже не думали, что целью может стать кто-то из них двоих. Все еще не веря в произошедшее, юноша начал оглядываться, чувствуя, что кого-то не хватает. Огнеславы нигде не было.
— Огнеслава? — словно спрашивая сам себя, произнес Аскольд.
— Прости, князь, — услышал он рядом голос боярина Светомила. — Не уберегли мы, видать, твою жену. Пропала она, как сквозь землю провалилась.
Огнеслава очнулась посреди прекрасного летнего леса. Неподалеку журчал ручей. Пели птицы. Было тепло. Воздух наполняли ароматы цветов. Девица огляделась, пытаясь понять, как же она здесь оказалась и почему её одежда вновь чистая и сухая. Вспомнила, как её, будто щенка, отшвырнули в сторону. Последнее, что она смогла увидеть — это намокшие белые камни, с вычерченным по ним кругом. Круг. Видимо, именно с ним связано её перемещение в пространстве.
