Кажена наблюдала за ним, как кошка за мышью. Невзначай поддернула повыше рукав, пробежалась пальцами по браслету, нарочито огладив тонкое запястье с выступающими косточками – снежно-белое, без единой отметины или родинки. Девушка была одета в легкий сарафан зеленого цвета и белую рубашку. Волосы она спрятала под платок, перехваченный простым серебряным обручем. Серебряный же браслет с лазуритом посверкивал на запястье. Кажена выглядела дочкой зажиточного кмета, но никак не наследницей богатого купеческого рода. Впрочем, ее красоты это не умаляло. Итрида подумала, что будь у нее такие ресницы, глаза и губы, она бы…
Впрочем, а что она? Разве внешность что-то ей дала бы? Скорее всего, мать сплавила бы ее замуж, и Итриде пришлось бы прогнуться под мужа, как того требовали древние заветы. Пожалуй, и хорошо, что она уродилась невзрачной. Красота – дорогой товар. А Итрида товаром быть не хотела.
Бродяжница повела плечами, и волк на ее спине неуловимо переступил лапами.
– Откуда вы, пан Мир? – пропела Кажена. Марий смотрел на нее, чуть изогнув губы в безмятежной улыбке. Он выглядел спокойным и самоуверенным, точно привык к тому, что девицы не обходят его своим вниманием. Впрочем, Итрида понимала – и в самом деле привык. Неведомо почему она разозлилась и втиснулась между Марием и Каженой, медленно подходящей к черноволосому дейвасу. Кажена удивленно посмотрела на Огневицу и прищурилась, но почти сразу спохватилась и улыбнулась приветливо:
– Прости мне мое любопытство, Итрида. Но я правда удивлена встретить тебя так далеко от Каменки, да еще и в… совсем иной компании, нежели в последнюю нашу встречу. И где только ты находишь таких спутников?
– Мы спешим по делам. А спутники находят меня сами.
– И какие же дела заставляют вас торопиться в Червен, если не секрет? – Кажена заглянула за спину Мария, где беспокойно вытаптывал траву черный конь, кружащийся вокруг золотистого. Кажена заметила взгляд Итриды и вздернула брови:
– Этот тракт ведет к столице, словно стрела, летящая в цель. Или я ошиблась, решив, что вы держите путь к Красному городу?
– Нет, пани, не ошиблись, – ответил дейвас. Итрида удивленно посмотрела на него, и Марий ответил ей быстрым тяжелым взглядом. Она поджала губы и сдвинулась в сторону. Ей было сложно понять хитроумные ходы дейваса, а он явно что-то задумал.
– Мы в самом деле направляемся в Червен: поспорили с пани Итридой, кто больше денег просадит на ярмарке в честь Солнцестояния. Как думаете, пани Кажена, кто победит?
Кажена вернула Марию сладкую улыбку и легонько коснулась его руки.
– При всех ее достоинствах Итрида вряд ли понимает размах Солнечной ярмарки. А вот ваша одежда сделана явно не из тех тканей, что шьют в Беловодье. Земляная кожа и красители из Саркела… Такую ковку застежек любят шеххи – отец рассказывал, что они взяли за образец строение клыков песчаных червей. Я слыхала, у некоторых тварей их больше сотни, – Кажена придвинулась еще на шажок и пробежала пальцами по железным вставкам на рукавах куртки Мария. Болотник продолжал лениво улыбаться, но в зеленых глазах дейваса промелькнуло удивление. Кажена рассмеялась, опустила руку и отступила.
– Право, пан Зверобой, не стоит так удивляться. Мой отец – купец, и не из последних. А я хорошо умею слушать. И еще лучше – учиться.
– Красивая умная женщина – редкая драгоценность. Скажите, пани Кажена, вы, случаем, не знакомы с лаумой по имени Мирослава Жизнелюба? – Марий продолжал пристально смотреть на Кажену, а она поглаживала косу, улыбаясь ему и розовея румянцем на нежных щеках.
Итриде вдруг захотелось вырвать эту гладкую косу с корнем.
– Она иногда гостит в доме моего батюшки. А почему вы спрашиваете?
– Я несколько раз видел ее издалека. У вас одинаковая походка и осанка. Она тоже давала вам уроки?
Кажена польщенно опустила ресницы.
– Приятно, что мужчина способен разглядеть такие тонкости. Панна Мирослава и впрямь кое-чему меня обучила. Хотите, расскажу?
– Я бы с радостью послушал вас, пани, но нам с пани Итридой хотелось бы попасть в Червен до начала торгов.
– Ваш конь захромал, а значит, вам придется искать перемену. Вы потеряете время. Я могу предложить вам кое-что, но прежде хотела бы перекусить. Прошу, откушайте вместе со мной. Отказа я не приму!
Кажена повернулась к Итриде и Марию спиной, не дожидаясь их ответа, и подала знак своим людям. Они быстро расстелили в теньке ковры и набросали подушек. Расставили по серой ткани, вышитой красной и синей ниткой обережных рун, кувшины с водой и мисочки со сладостями: орешками в меду, засахаренной клюквой, золотистыми крендельками и баранками.
– Люблю путешествовать с удобствами, знаете ли, – Кажена изящно опустилась на ковер и поманила путников рукой.
– Я посмотрю, как там лошади, – хмуро сказала Итрида. Болотник только кивнул и последовал за Каженой. Итрида не слышала, о чем они говорили, да и не прислушивалась. Она не умела играть в эти игры, зато глава Школы Дейва, должно быть, счел их детской шалостью…
