Огневой контакт полностью

Дарман просунул в зазор зацепы тарана и зафиксировал штыри в нужном положении. Использовать его не как простой таран, а как распорку было довольно неудобно, но взрывать двери не хотелось. Дарман яростно завращал рукояткой. Под действием усилия в восемь метрических тонн створки постепенно разошлись в стороны.

Атин снова выглянул через эндоскоп и вышел в проем, держа «дисишку» наготове.

— Чисто.

Дарман разобрал таран и торопливо повесил на ремень.

— Значит, комната за комнатой. Как в Доме Смерти.

Эту процедуру оба отрабатывали множество раз на тренировках. Когда они входили в Дом Смерти на Камино, стены и двери обязательно меняли конфигурацию. Иногда они точно знали, что искать, а иногда просто зачищали здание, ожидая на каждом шагу неприятных сюрпризов.

Но сейчас ставка была намного большей, чем их жизни.

Атин указал рукой налево. Внутренний коридор представлял собой кольцо с несколькими дверями по периметру. С одной стороны отходил коридор, который вел к выходу. По крайней мере, не было ни турболифтов, ни лестниц, за которыми пришлось бы наблюдать. Спецназовцы двигались практически спина к спине. На углу они остановились и выдвинули эндоскоп на достаточную длину, чтобы заглянуть на ту сторону.

— Ой-ой, — сказал Атин, и тут же из-за угла, стреляя на ходу, выскочил первый дроид. Дарман услышал лязг металлических ног с прямо противоположной стороны и на необыкновенно долгий миг уставился в прицел на крайне удивленного офицера-умбаранца.

Дарман выстрелил. Атин тоже. Оба продолжили вести огонь каждый по своему концу коридора.

— Ладно, план «Г», — сказал Атин. — Девятый, мы тут в ловушке, прием.

— Мы сосредоточили огонь на фасаде, — донесся голос сержанта на фоне взрывов, которые раздавались одновременно рядом и где-то в отдалении. Вот почему Дарман не любил четырехсторонней связи во время боя. Шум и разговоры сбивали с толку. — Они отступили внутрь. Но никто не выходит.

— Мы пока не нашли Утан.

— Удерживать позицию можете?

— Ты видишь, где мы? Западный коридор, слева от входа.

Атин разрядил магазин в двух дроидов, которые вышли из-за угла. Затем все звуки стихли, слышалось только их учащенное дыхание.

— Дар?

— Я здесь, Девятый. — Стоя спиной к Атину, Дарман ждал, глядя в коридор, гладкие стены которого просматривались метров на двадцать. По правую сторону было две двери — нестандартной конструкции, на петлях. Он посмотрел на потолок: где там бронедвери? Одна обнаружилась позади Атина, другая — между ними и внутренней камерой. Если эти бронедвери опустить, оба окажутся заперты с двух сторон, и их останется только прикончить. А потом кто угодно сможет зайти в камеру повышенной биозащиты и обезвредить имплозивное устройство.

Очевидно, та же идея пришла в голову кому-то еще, поскольку что-то лязгнуло и послышался негромкий гул маленького мотора.

Бронедвери начали опускаться из своих ниш.

— Атин, к камере! — заорал Дарман, хотя это было лишним. Они бросились бежать обратно. Бронедверь уже съехала до пояса, оба проскользнули под ней на коленях.

Дверь за ними закрылась с громким лязгом. Внезапно стало так тихо, что Дарман понял: где-то дальше по кольцу опустилась еще одна перегородка, запечатав их внутри. Послышался звук замка, отпираемого вручную — щелк-щелк, — и наступила тишина.

— Начнем заново, — вздохнул Дарман. — Посмотрим, что тут есть.

Атин вышел вперед, выдвинул эндоскоп и немного подождал. Затем уселся на пятки и покачал головой.

— Покажи, — сказал Дарман и переключил ВИД на передачу с эндоскопа, ожидая увидеть картину полной катастрофы.

— Полагаю, это можно назвать иронией.

Дарман подполз к нему и вывел изображение на дисплей.

Да, ирония была подходящим словом. Дарман чуть не рассмеялся. Между поворотом и следующей перегородкой были видны две двери: одна закрытая, другая приоткрытая. С той стороны кто-то выглядывал — какой-то гуманоид.

— А говорят, все женщины на одно лицо, — сказал Атин. — Самые потрясающие волосы, какие я видел в жизни.

Дарман с ним согласился. Они до сих пор видели не так уж много женщин, но знали, что эту запомнят навсегда, если даже увидят миллионы. В ее иссиня-черных волосах блестели яркие рыжие пряди. Они оказались заперты вместе с доктором Оволот Кейл Утан.

Которая держала в руке Берлинский пробивной пистолет.

— Кто включил аварийную систему? Какой ди'кут нажал на кнопку? — Гез Хокан осознал, что перешел на крик. Он давно плюнул на манеры и достоинство. — Откройте эту ди'кутла дверь!