Форсирование шло своим чередом, к девяти утра передовые батальоны обеих дивизий уже овладели первой и второй траншеями и продолжали продвигаться в глубину обороны противника. В боевых порядках стрелковых батальонов наступали противотанкисты Капустина, они катили на руках 76-мм пушки, так как автотягачи еще оставались на [128] восточном берегу. В это время, в десятом часу, противник предпринял первые контратаки. Одновременно над местами переправ, над деревнями Кудрукюла, Рийги, над деревней Васа и островом Гроб-Холм, где саперы наводили мост, повисли десятки фашистских бомбардировщиков. Зенитчики приняли бой. Батарея капитана Евгения Сидоровича Гедзуна отразила три налета на строящийся мост и сбила шесть фашистских бомбардировщиков. Близ деревни Рийги отличились прибористы 116-го и 432-го отдельных зенитных дивизионов сержант Сафа Гарипов и красноармеец Хайрула Хусаинов. Они заблаговременно обнаружили приближавшиеся группы вражеских бомбардировщиков, метким огнем зенитчики сбили два самолета, остальные, побросав бомбы куда придется, поспешили скрыться. А через реку переправлялись все новые подразделения стрелков. Коммунисты шли впереди, показывая пример и воодушевляя товарищей. Начальник политотдела полковник К. И. Калугин получил первые политдонесения, с которыми познакомил меня. Замполит батальона 559-го стрелкового полка капитан Молчанов, когда противнику удалось потопить несколько лодок, организовал переправу на подручных средствах и в числе первых вышел на западный берег Нарвы. Так же поступил и комсорг батальона этого полка младший лейтенант Харченко. Выбравшись на берег с несколькими бойцами, он тут же повел их в атаку. В 546-м полку, когда погиб командир роты и выбыли из строя другие офицеры, командование взял на себя комсорг роты сержант Федоров, под его руководством рота форсировала реку и вступила в бой. С передовыми стрелковыми подразделениями переправились и артиллерийские офицеры-наблюдатели с небольшими группами связистов и разведчиков. Их задача состояла в том, чтобы находиться рядом с командирами стрелковых взводов, рот, батальонов и по их требованию уничтожать противника. Вскоре и ко мне на НП стали поступать донесения. У деревни Васа, где почти 250 лет назад солдаты первых регулярных русских гвардейских полков — Преображенского и Семеновского — в штыковом бою отбросили рвавшихся к переправе шведских гренадер, снова завязался жестокий бой. Гитлеровская пехота пыталась сбросить с плацдарма бойцов 546-го полка и выйти к переправе. Старший лейтенант М И. Линник из 3-й тяжелой гаубичной артбригады немедленно передал данные на батарею и, умело корректируя огонь по радио, рассеял и отбросил противника и обеспечил [129] продвижение своих стрелков. Командир батареи 230-го гвардейского минометного полка старший лейтенант Н. А. Телегин, наступая со своими связистами и разведчиками в стрелковой цепи, захватил немецкую полевую гаубицу и, стреляя прямой наводкой, уничтожил вражеский пулемет. Командир батареи 120-й гаубичной бригады большой мощности старший лейтенант В. П. Кравчук, находясь на передовом наблюдательном пункте, малым числом снарядов разрушил два дзота, вместе со стрелками ворвался в первую, а затем во вторую и третью траншеи противника, причем не раз сосредоточивал огонь батареи и на контратакующих фашистах. В числе первых переправились через реку и лейтенант Л. А. Гончаренко с красноармейцем Абдулом Юлдашевым из 499-го минометного полка. Хорошо управляя огнем батареи, Гончаренко подавил минометную батарею противника, уничтожил еще пять отдельных огневых точек, чем обеспечил стрелкам 743-го полка захват четырех вражеских траншей. Батарея была тоже переправлена на этот берег, с ней Гончаренко связался по телефону, однако связь то и дело прерывалась. Сращивая порванный осколками провод, связист Юлдашев полз вдоль линии, когда услышал над головой немецкое «Руки вверх!». Покосился — фашист стоял над ним с автоматом. Юлдашев поднял руки, встал с колен, резко обернулся и выбил автомат из рук немца. Связал пленника и отвел его к своим, за что впоследствии был удостоен государственной награды. Овладев четырьмя траншеями противника и выйдя в позиционные районы его артиллерии, 131-я и 191-я стрелковые дивизии практически уже в первой половине дня завершили прорыв обороны на всю ее тактическую глубину. 131-я дивизия быстро продвигалась вдоль побережья Финского залива, 191-я дивизия центром шла на холмистую гряду Германсберг, а левым флангом непосредственно на город Нарва. На смежных флангах этих соединений, в боевых порядках пехоты, наступали артиллеристы 760-го истребительно-противотанкового полка. Батареи офицеров В. Г. Петрова, В. С. Татаренкова, В. К. Гудзенко, Г. В. Смирнова и И. И. Воинова отлично поработали на прямой наводке и в ходе запланированной артподготовки, и потом, когда переправились через реку, и отбивали контратаки противника, и помогали пехоте пробиваться через путаницу траншей, колючей проволоки и минных полей у деревни Рийги. Теперь, во второй половине дня, они вместе со стрелками овладели мызой Пэтерристи, а затем и мызой [130] Ольгина, оседлав таким образом Таллинское шоссе в тылу города Нарва. Леонид Михайлович Капустин доложил мне с мызы Ольгина, что ведет огонь по опорному пункту фашистов на горе Германсберг, а также по эшелонам, которые один за другим уходили из Нарвы по железной дороге на Таллин. Из штаба 8-й армии нам сообщили, что наступление юго-западней Нарвы развивается успешно и они надеются ночью или утром 26 июля встретиться с нашими частями западней города. Разного рода прямые и косвенные факты свидетельствовали, что фашисты оставляют Нарву. Они поспешно выводили войска из Ивангорода и всего предмостного укрепления в Нарву. По правде сказать, удержать эту позицию, а также обе крепости — Ивангородскую и Нарвскую — у противника шансов уже не было. И назревавшее окружение, и обстрел наших 305-мм гаубиц резко подорвали надежность этих укреплений. В бинокль были видны проломы в стенах — через них мог пройти даже танк. 16-й укрепленный район, державший оборону против предмостного укрепления, и 48-я стрелковая дивизия, стоявшая южней по реке, воспользовавшись отходом гитлеровцев, немедленно перешли в наступление и ворвались в город. А навстречу им уже продвигались к центру Нарвы с севера батальоны 191-й стрелковой дивизии полковника И. И. Бураковского. К утру 26 июля город был полностью очищен от противника. Кстати сказать, в освобождении города — первого крупного города на территории Эстонии — участвовала и специально сформированная штурмовая рота 8-го Эстонского стрелкового корпуса. Каждому ее воину политотдел корпуса вручил специальную открытку с памятной надписью о его участии в освобождении города. Бойцы, командиры и политработники Эстонского корпуса хранили потом эти открытки как самую дорогую реликвию. Итак, вторая половина дня 25 июля и весь день 26 июля прошли под знаком преследования поспешно отступающего противника. Продвинувшись на два десятка километров, войска 2-й ударной армии, как и части соседней, 8-й армии, встретили сильное сопротивление фашистов лишь к вечеру 26 июля. Генерал Федюнинский ввел в бой второй эшелон — 109-й стрелковый корпус генерала Алферова, но и противник выдвигал из глубины сильные резервы. К сражавшимся против нас частям 3-го танкового корпуса СС (11-я добровольческая моторизованная дивизия СС «Нордланд», 4-я танковая бригада «Нидерланд», 20-я пехотная [131] дивизия войск СС) прибавились 11-я пехотная и 285-я охранная дивизии и добровольческая штурмовая бригада СС «Лангемарк»{46}. После десятидневных напряженнейших боев на этом рубеже наше командование отдало приказ войскам 2-й ударной перейти к обороне.
