Наконец был вызван в Наркомат обороны и несколько дней спустя, в конце декабря 1938 года, в группе советских добровольцев отправился сперва пароходом во Францию, оттуда поездом к испанской границе. Путешествие было долгим. Мы вздохнули с облегчением, когда уже на автомашинах ехали по горным дорогам испанской Каталонии. Однако радость наша скоро угасла. Навстречу нам двигались толпы беженцев, затем стали встречаться отдельные бойцы и небольшие подразделения республиканской армии. Наконец дорогу загородил открытый легковой автомобиль с советским флажком на радиаторе. В машине оказался представитель нашего военного атташе. Он сказал, что Каталонский фронт прорван противником, дивизии испанских фалангистов и итальянских фашистов вступили в Барселону и другие приморские города. Шоссе перерезано, и, продвигаясь по нему на юг, мы неминуемо попадем в расположение противника. А ведь у нас даже пистолетов нет.
Это были последние недели героической Испанской республики. То, чего не мог добиться противник на фронте, в открытом бою, совершила его так называемая «пятая колонна». Республику предал генерал Миаха. Он со своими сообщниками арестовал многих видных испанских коммунистов и открыл войскам генерала Франко дорогу на Мадрид.
Остатки республиканских войск Каталонского фронта отходили через Пиренейские горы на территорию Франции, где их разоружали и отправляли в лагеря французские жандармы и пограничники. Нам с большим трудом удалось избежать участи быть интернированными в эти лагеря. Вернулись в Париж, оттуда были отправлены на Родину. Это случилось уже ранней весной 1939 года.
Мне дали отпуск, поехал с семьей в Крым, однако на пятый день отдыха получил короткую телеграмму: «Прибыть на службу». Приехал в Москву. В Наркомате обороны предложили поехать в Китай, в гоминьдановскую армию, в качестве военного советника. Ответил, что оказанное доверие оправдаю. Меня включили в группу, где были и артиллеристы, и летчики, и танкисты, и пехотинцы, и командиры других военных специальностей. Всего 26 человек. На подготовку нам отвели неделю. Это были краткосрочные курсы, но опытные преподаватели сумели дать нам и общее представление и частные полезные сведения, касавшиеся разных сторон нашей будущей деятельности. [202]
К этому времени, к лету 1939 года, японо-китайская война продолжалась два полных года. Это, так сказать, официальный счет — с июля 1937 года, когда японские войска начали открытое вторжение в Северный Китай из Маньчжурии. Однако еще в 1931 году агрессор, пользуясь разного рода предлогами, ввел свои дивизии в Маньчжурию и установил в ней жесточайший режим оккупационного террора. Таким образом, японская вооруженная интервенция на территории континентального Китая продолжалась уже восьмой год.
30 июля 1939 года наша группа прибыла поездом из Москвы в Алма-Ату, а два дня спустя пассажирский самолет поднялся с местного аэродрома, и мы, рассматривая проплывавшие внизу снежные пики Тянь-Шаня, перелетели советско-китайскую границу. Иногда среди горных теснин: мелькал больший или меньший отрезок дороги, по нему ползли колонны грузовых автомобилей. Это был Синьцзянский тракт, протянувшийся из Алма-Аты примерно на 2500 км через Северо-Западный Китай, горные хребты и пустыню Гоби до города Ланьчжоу в провинции Ганьсу, к истокам реки Хуанхэ. После того как японские войска захватили почти все крупные приморские портовые города Китая, остальное же побережье блокировали своим военным флотом и авиацией, а англичане стали чинить препятствия на Бирманской дороге, тот тракт стал для китайцев жизненно важным. По нему направлялся из Советского Союза поток военных грузов — танки, артиллерия, стрелковое вооружение, снаряды, мины, патроны, различное военное снаряжение и оборудование, а также ехали сотни советских военных специалистов, которые помогали китайцам овладевать оружием, современными методами и приемами его боевого использования, современной тактикой и оперативным искусством. Над этим трактом пролетали эскадрильи советских военных самолетов, ведомые летчиками, которые впервые в японо-китайской войне дали настоящий бой авиации агрессора: сбили в воздухе, сожгли на аэродромах множество японских истребителей и бомбардировщиков, спасли от разгрома беззащитные дотоле китайские города.
