- Гаюс, приготовь бинты, воду, обезболивающие, кровоостанавливающие и всю дребедень, которой ты раны лечишь.
- Кто-то ранен, сир? – спросил старик.
- Пока нет. Но сейчас будет.
- Артур, – начал Мерлин, наконец вскочив со скамейки, положив остатки пирога, – давай без нервов...
- Нервов? – прорычал его друг. – После утренней тренировки, которую я по твоей милости проспал, должен быть прием просителей. И если король опоздает к своему народу, то это будет вина его жалкого слуги!
- Потому что вместо того, чтобы спешить к своему народу, ты пришел отчитывать меня?
Это было последней каплей. Артур ринулся на друга, а когда на тебя несется гора тренированных мышц, которые еще и все с удивительным единодушием жаждут тебя убить, лучше бежать. Это и сделал Мерлин, тем более, что здесь у него было, куда убегать. Через пару минут королевские кулаки врезались в закрывшуюся дверь каморки, которую с той стороны подпирал слуга. Гаюс, понявший, что он тут лишний, спокойно сел за свое место и продолжил то, чем занимался. У него почти получилось добиться нужной консистенции, осталось только чуть-чуть поосторожничать с последним ингредиентом, а еще неплохо было бы немного тишины, но это уже из разряда невозможного.
- Мерлин! Открой, а то хуже будет!
- Чем? Если я открою, вы меня казните!
- Да, а если не откроешь, я тебя буду пытать перед казнью!
- Охох, поверьте, ничего хуже стирки ваших носков вы не придумаете.
- Может, эти носки нужно было стирать сразу, как только они пачкались?!
- Мне не было на то дано высочайшего повеления!
- Ах вот как! “Высочайшего повеления”! Идиот ты недоделанный, я приказываю тебе, я даю тебе высочайшее повеление – выйди вон из этой комнаты!
- А можно через окно?
- Там сколько до земли?
- Пара этажей.
- Мало. Нельзя. Давай через дверь.
- Да вас нельзя к бедным беззащитным людям пускать! Я, можно сказать, народ от вас спасаю, вон вы какой деспот, на людей кидаетесь, казнью грозите...
- Мерлин!
- Прошу прощения, – вдруг раздалось покашливание со стороны входа, и приоткрывшаяся дверь распахнулась шире, впуская человека. Это был мужчина лет пятидесяти, судя по морщинам, и лет тридцати, судя по цвету волос. Худощавый крестьянин, запыленный дорогой и уставший от груза мыслей, пронесенных через эту дорогу. Правая нога у него была перевязана у бедра, и на уже грязноватой повязке виднелась пара пятен крови. Лицо было занято ссадинами, а руки – царапинами. Наметанный взгляд лекаря предположил, что этот человек словно побывал под обвалом. – Мне сказали, я найду здесь короля..?
Артур обернулся и уже через пару секунд овладел собой, посмотрев на вошедшего с вниманием и готовностью слушать. Крестьянин, положив ладонь на бедро, постарался поклониться.
- Не надо, – возразил король. – Вы же ранены. Я слушаю.
- Ваше Величество, – произнес гость, – простите, что имел наглость искать вас по замку, но у меня срочная просьба. Я бы мог рассказать о ней в Тронном Зале, как и все...
- Милорд, – обратился Гаюс, – могу я попросить выслушать этого человека здесь? Я смог бы осмотреть его рану, уверен, я могу помочь.
- Конечно, – кивнул Артур.
Крестьянин вздохнул с явным облегчением и под давлением рук лекаря присел на скамейку. Гаюс спокойно сел рядом и принялся разрезать грязную повязку, чтобы осмотреть рану, обработать и наложить чистый бинт. Дверь в каморку слегка приоткрылась ровно настолько, чтобы Мерлин просунул любопытный нос, желая знать, что происходит. Артур сложил руки на груди, все так же стоя около двери. Раненый тем временем собрался с мыслями и продолжил говорить, зачем пришел.
- Меня зовут Алан, Ваше Величество. Я проделал путь до столицы от моей родной деревни, Фиерры. Нам нужна помощь. Вот уже несколько дней в окрестных пещерах поселился великан и нападает на нашу деревню. Наши дома разрушены, наши люди мертвы, наши запасы испорчены, нам нечем кормить ни себя, ни скотину, почти негде жить...
Крестьянин смолк, прикусив губу и опустив голову, потому что Гаюс коснулся его раны мазью. Сам лекарь хмурился, в памяти кружились кучи строк из книг, в которых говорилось о великанах, кучи баек, которые травили в свое время горцы. О великанах знали очень мало. В данной ситуации даже катастрофически мало. Из всего, что знал, Гаюс мог только заключить, что победить великана практически невозможно. И этим “практически” был Мерлин, и то только в теории.
- Фиерра к востоку отсюда, верно? – задумчиво спросил Артур скорее сам у себя, чем у Алана.
- Да, сир. Я пешком, раненый, одолел это расстояние в один день и две ночи.
- Значит так, Алан, – король вновь посмотрел на крестьянина. – Сегодня вы остаетесь под опекой придворного лекаря...
Но Алан замотал головой.
- Благодарю, милорд, но у меня там жена, дети...я не могу задерживаться.
- Гаюс, как его состояние?
- Рана не опасна, сир, – ответил лекарь, завязывая чистый бинт и закупоривая банки с лекарствами. – Ему нужен лишь отдых, лучше – несколько дней.
