Мерлин забрал ребенка, ласково прижимая к себе и насмешливо глядя, как рыцарь в остервенении шлепает ладонями по мокрым штанинам. Потом, догадавшись о чем-то, маг отодвинул от себя ребенка и вздохнул: конечно же, одежонка тоже была грязная. Рассудив, что придется его хотя бы помыть, Мерлин отдал мальчика Годрику и умчался вниз, чтобы принести таз с нагретой водой и всем нужным. По возвращении он застал Гриффиндора, катающего на закорках малыша, и Гвейна, от них улепетывающего. Мыть ребенка, естественно, рыцари дружно отказались, поэтому Эмрис взялся за это сам, велев им в это время развлекать малыша. Возмущенно переглянувшись, рыцари принялись строить из себя клоунов, что получалось у них плохо, но именно из-за этого смешно. Впрочем, мальчугана больше заинтересовала пенка, плавающая в ванне, поэтому скоро все трое мужчин, а также половина покоев была в мыльной пене. В какой-то момент Гвейн приделал себе мыльную бороду, из-за чего малыш так расхохотался, что подскользнулся и чуть не рухнул с головой под воду. Мерлин мгновенно среагировал, подхватив его, но готов был спорить на что угодно, что в эту секунду на голове друга прибавилось седых волосков, потому что тот был бледен, как мертвец, смотря на перепугавшегося ребенка. К счастью, сей представитель младшего поколения оказался очень стойким и веселым, поэтому пока что не закатывал истерик, чего все трое его нянек больше всего боялись.
После ванны Годрик и Мерлин остались вытирать мальчика королевским полотенцем, а Гвейну пришла в голову, как ему показалось, замечательная идея: позаимствовать у Артура штаны, чтобы не спускаться к себе в покои в своих, мокрых и воняющих, мимо всех придворных. Тогда Мерлин решил пойти на такой же шаг: взять у короля запасную синюю рубаху. Эту рубаху он виртуозно обрезал с нужных сторон, а потом сделал из остатков пояс, и в итоге мальчик оказался одет в подобие длиннополой туники. Маг с усмешкой подумал, что королевское сукно явно не было предназначено чужому крестьянскому ребенку. Хотя кто знает, откуда взялся этот ребенок? И по какой невероятной причине тот, кто его сюда принес, решил, что королевская спальня – именно то место, где ему следует остаться?
И вот в этот момент все трое нянек поняли, что им конец: малыш ясно дал понять, что хочет есть.
- Ням, – жалобно сказал он.
Мужчины, оробев, переглянулись. У всех светился в глазах один вопрос: “Что делать?”
- На кухне должно быть молоко, – неуверенно протянул Гвейн, почесав бороду. – Или ему уже можно человеческую еду?
- Даже если можно, откуда нам ее взять? – всплеснул руками Мерлин. – Вся еда отправлена на пир.
- Мы можем через Алису достать, – просиял идеей Гриффиндор.
- Через кого? – переспросил Гвейн. Его товарищ слегка покраснел.
- Это сестра Пенелопы. Ну, служанки королевы... Короче, знакомая. Она поможет.
- Хорошо, пойдем, отнесем туда малыша, чтобы она покормила.
- Мы не можем! Ты спятил? Через весь дворец! Нас же заметят.
- А, по-твоему, если он сейчас здесь раскричится, его никто не заметит?
- Здесь мы можем прогнать любопытных, а там...
- Да ладно тебе, Гриффиндор, справимся.
- Ты хочешь рисковать?
- Легко! Мы с ребенком храбрые! Правда, ребенок?
Они обернулись туда, где был малыш. Секунда на понимание.
- Э-э...ребенок? – вновь побледнел Гвейн. – Где ребенок? Куда дели ребенка?!
Охваченные страхом, все трое ринулись обыскивать покои, но не нашли мальчика. Гвейн первым вылетел наружу с рычанием: “Где мой ребенок?!” Пролетая мимо оторопевшей служанки, Мерлин и Годрик услышали ее растерянный вопрос: “У сэра Гвейна есть ребенок?..”
Малыш, решительно настроенный на приключения, уверенно полз по коридору. Он уже выполз за поворот, когда Мерлин, чуть не грохнувшись на пол от резкого торможения, увидел, что в паре дюжин шагов от мальчика, спиной к нему, стояли ифтирские вельможи с самыми важными лицами. Перед ними стоял и что-то вещал Артур. В какой-то момент взгляд его устремился дальше голов гостей, и от шока король аж прервался посередине речи. Мерлин состроил извиняющуюся моську, подхватывая ребенка на руки. Вельможи, встревоженные паузой, было стали оборачиваться, но тут король Камелота продолжил свою речь с таким жаром и пылом да завернул ее такими эпитетами и сравнениями, что даже Мерлин, поспешивший убраться за поворот, оценил. Правда, не успел маг вернуться к друзьям со своей теплой голодной ношей, как его нагнал разъяренный Артур.
- Мерлин! Что это было?!
- Это ребенок, сир, и, кажется, я уже сегодня вам это...
- Тебе было дано одно поручение, Мерлин, только одно! Что этот ребенок делает посреди коридора?!
- Ответ тот же, сир: это ребенок. Если вы не знали, дети обычно делают то, что хотят, и этим создают проблемы.
- И что же он хотел сделать в коридоре?
- Очевидно, найти еду.
- Хочешь сказать, ты его до сих пор не покормил?!
- Если вы думаете, что сидеть с ребенком так легко, – хмыкнул Мерлин и решительно передал мальчика королю, – то вот и сидите с ним, а я пока принесу с кухни еду.
