Внезапно это упоминание судьбы напомнило Годрику о словах великого дракона, и он весь подобрался от страха. Что, если так все и должно было начинаться? Сэл будет чувствовать себя одиноким и придет ко злу. Годрику в это слабо верилось, конечно, но допускать этого он все равно не собирался. Особенно учитывая, что он чувствовал вину за то, как разделилась его жизнь. Ведь полтора года они жили с другом день в день под одной крышей, деля все пополам. А теперь... Да, за порогом нового дома у него будет любимая женщина и будущее с ней. Но ему было до странного дорого прошлое, в котором он был братом Салазара Слизерина.
Он решительно мотнул головой и встал перед другом, чтобы тот смотрел прямо на него.
- Ничего не изменится, – пообещал Годрик. – Ты мой друг, Сэл. Мой брат. И ты всегда будешь мне нужен, даже если у нас с Пен родятся десять детей. И даже если случится Альбион, в котором тебе не захочется жить, мне плевать, ясно? Ты всегда будешь мне братом.
Неожиданная горячность, с которой он это сказал, заставила Слизерина прищуриться, внимательно разглядывая его лицо. Впервые в жизни Годрик изо всех сил постарался скрыть свои чувства, чтобы друг не прочитал на его лице жестокие слова Килгарры.
- Ты не сможешь совладать со своей жизнью, Гриффиндор, – ответил Салазар. – Это нормально, когда людей разносит на разные дороги.
- Какие, к черту, дороги, ты никуда не денешься. Ты же жить будешь совсем рядом, со своими перепелками, и я всегда буду знать...
- Уверен?
Годрик похолодел.
- А ты хочешь уйти?
- Не знаю, – Слизерин расчесал пальцами волосы ото лба. – Я ничего не знаю. Понимаю только, что все может измениться, так что к чему обещания.
- Обещания к тому, что я рыцарь, – сердито заявил Годрик. – А рыцари держат свое слово, что бы ни случилось. Даже на смертном одре. Сомнения в этом – личное оскорбление, понял? Так что если не хочешь сражаться со мной на дуэли, лучше замолчи.
Салазар усмехнулся. А потом будто стряхнул с себя хандру и попытался исправить тон на более веселый.
- Я не могу оставить твою жену вдовой сразу в день свадьбы.
Гриффиндор облегченно улыбнулся и, закинув руку на плечи друга, пошел с ним обратно на пир.
- название первого дана (т.е. главы) из “Записок у изголовья” Сэй-Сёнагон
1 – Отрывок из произведения одного из первых трубадуров – Серкамона, творившего в 12-м веке. То, как оно оказалось в шестом веке – долгая история, покрытая мраком...
====== Глава 65. Горький привкус счастья. ======
В первой половине июня король и королева Камелота отправились в Мерсию. Дело в том, что торговые отношения королевств хоть и пошли сначала очень хорошо, но со временем стали иметь некоторые неполадки. Подобные вещи решались послами, однако правители Камелота уже поняли, как обстоит дело в соседнем королевстве, и наотрез отказались общаться с мерсийскими послами. Союз лорду Баярду был выгоден, и потому он просто пригласил их самих к себе в столицу.
Артур и Гвиневра понимали, что ближайшие советники Баярда – подлые крысы, нагло пользующиеся своими правами и слишком сильно влияющие на правление своего короля. В конце концов, в самом Камелоте такой же опыт был не так далек. Именно поэтому они хотели встретиться с самим Баярдом и поговорить лично с ним о торговых отношениях и обо всем остальном. Но это означало, что им придется переиграть бывалых светских интриганов в лице лицемерных советников Баярда. И вот это, казалось, сильно испугало королеву Камелота.
Артур заметил это как раз в тот день, когда пришел гонец из Мерсии и было велено закладывать кареты для долгой дороги. Вечером, когда он, впервые за много дней, закончив дела до ужина, растянулся на кровати, Гвиневра, не переставая, суетилась. Она быстро вышагивала туда-сюда по их спальне, хватая флаконы с трельяжа, книги со стола, залезая в стол еще раз перебрать документы (хотя он уже все нужные отдал Мерлину, чтобы тот уложил куда надо), уходила в женскую комнатку пересмотреть платья, возвращалась, чтобы в который раз закрыть или открыть окно, а потом и вовсе взяла тряпку из корзины и принялась вытирать пыль (если она там была) со стола и полок.
- Гвиневра! – возмутился Артур. – Что не так?
Королева сдула прядь с лица и принялась сосредоточенно оттирать какое-то пятнышко.
- Мерлин сегодня в облаках витал, видно, тут столько пыли, и капли от вина...
- Да я не об этом! С чего ты волнуешься?
Он достаточно знал свою жену, чтобы помнить: от волнения Гвен кидалась работать.
Женщина нахмурилась.
- А ты не волнуешься?
Король недоуменно поднял брови.
- Не больше, чем обычно. И тебе не нужно. Ты же королева уже два с лишним года.
- Да, и после всех двух с лишним лет я так и не знаю латынь! – вдруг гневно выпалила Гвиневра, с размаху шлепнув тряпку на стол.
Артур совершенно потерялся.
- Чего?..
Гвиневра закатила глаза и отвернулась, заново проходя пальцами по стопке книг на каминной полке.
