О дне, который предстоял Годрику, все были разного мнения. Одни считали, что это будет тяжело, другие – что будет проще-простого, третьи говорили, что он помрет от скуки, четвертые – что наоборот узнает много нового о городе, включая то, сколько раз в нем можно заблудиться независимо от того, знаешь ты дорогу или нет. Свое собственное мнение было у рыцаря, с которым этот день ему предстояло разделить.
- Первый патруль по городу? Ха, – Гвейн, о котором по дворцу ходило чуть ли не больше легенд, чем о короле, беспечно хлопнул своего молодого напарника по плечу, когда они вышли из ворот. – Это одна из веселых вещей в нашей службе, парень.
- Веселых? Почему?
- Да потому что. Смотри.
Гвейн окинул властным и каким-то неизмеримо лукавым взглядом площадь, заполненную до отказа пестрой толпой, и наметил себе жертву. Прошел к лавке, в которой толстощекий хозяин разливал за деньги воду, квас, сидр и вино, заказал последнее, со смачным “Благодарствую” принял огромную кружку и вернулся к своему напарнику.
- Вот, – поучительным тоном сказал он, отпивая вина с непередаваемым выражением удовлетворения. – Пристраиваешься к какой-нибудь лавчонке и позволяешь ей немного на тебе подзаработать.
- Э-э...пить на службе? – Годрик, конечно, понимал, но...не понимал. Гвейн усмехнулся.
- Ага. Не боись, дневной патруль по городу на то и дневной патруль по городу. Тут редко происходит что-то подозрительное и из ряда вон выходящее. Попойки у всех по вечерам, а все страшные, угрожающие короне дельца обмываются вообще ночью, так что днем ты можешь спокойненько расслабиться.
- Но... У нас же есть маршрут.
- Да почти все рыцари в дневном только у лавок простаивают. Либо выпивают, либо жрут что-нибудь, – Гвейн подмигнул проходящей девушке и проводил взглядом ее зад. – Нет, если хочешь – иди, я тоже первые патрули хотел быть честным. Как наскучит – возвращайся, у меня к тому моменту явно уже будет, чем закусить.
Гриффиндор не смог не улыбнуться на такой настрой. Сэр Гвейн даже превзошел его ожидания. Не успел Годрик стать рыцарем, как его уже просветили насчет каждой знаменитой здесь личности и, в числе прочих, все уши прожужжали рассказами про Гвейна. Говорили, Гвейн на самом деле сын дворянина, но никто не знал наверняка, а сам он весело утверждал, что он сын заморского пивовара, которого угораздило неудачно сходить налево. Впрочем, Годрика больше волновал достоверный факт о том, что Гвейн единственный из всех рыцарей, а значит единственный в Камелоте человек, который мог сравниться в бою с Артуром. Но хоть остальные рыцари данный факт и очень уважали, а потому побаивались тренироваться с ним, учитывая, к тому же, его лукавый нрав, их, казалось, куда больше интересовала часть его жизни, проведенная под юбками красавиц. Из всего вороха перемешанных историй, в которых уже все давно забыли и не хотели вспоминать, где правда, а где вымысел, Годрик знал, что этот рыцарь провел огромную часть своей жизни, шатаясь по кабакам, охмуряя девиц, выпивая весь запас алкоголя, который только был в очередном королевстве, в которое он приезжал, а в конце шутя умудрился совершить пару подвигов, помогая тогда еще принцу Камелота, за что и был посвящен им в рыцари, вопреки тогда существовавшему кодексу.
Не став спорить с напарником (да и зачем?), Гриффиндор, чисто ради успокоения совести, отправился по маршруту патруля. Теперь он понял, что частенько встречавшиеся ему в городе днем рыцари, пристроившиеся у лавок с кружками или чем-то съестным, были не свободными, а, скорее всего, именно патрульными. Интересно, знал ли об этом Артур?
О своей честности и совестливости Гриффиндор пожалел уже минут через пятнадцать, когда, продравшись через гурьбу детей, грозивших снести своей лавиной старика-сказочника, он обернулся и понял, что на этой улице он еще не был ни разу. Или был, но она выглядела иначе. Попытавшись вернуться, он был увлечен в толпу слушателей барда, который красноречиво вещал о подвигах рыцарей Круглого Стола, но он был так раздражен тем, что заблудился из-за этой проклятой разноцветной толпы в трех соснах, что даже не остановился послушать. Теперь найти дорогу к своему маршруту было уже делом чести, хотя он и подумал, что, увидь его сейчас Гвейн, посмеялся бы от души.
К сожалению, рыцари были правы, что в первом дневном патруле по городу легко заблудиться, а уж если твой первый патруль в канун Круэля – вообще пиши пропало. Конечно, возвышавшийся отовсюду замок немного облегчал ориентир, и Годрик смог бы вернуться к нему, если бы ему нужно было именно туда. Только вот нужно ему было куда-то в дебри камелотских улочек. ’’И зачем только я пошел на этот чертов маршрут один?! – уже взбесившись, думал он, озираясь. – Стоял бы сейчас на площади, попивал бы эль, спросил бы заодно у Гвейна про парочку историй...”
