К счастью, этот азарт не дал ему забыть, где он находится, и он продолжал прекрасно вести бой. В какой-то момент он бросил взгляд назад и увидел картину, от которой пришли бы в шок многие дворяне и, тем более, короли, но которую так понимали все в Камелоте. Мерлин прятался за своим конем (который, к слову, флегматично жевал траву, совершенно не впечатленный развернувшейся перед ним баталией), и с виду могло показаться, что он прятался от этой самой битвы из страха или из банального и разумного инстинкта самосохранения, учитывая его уровень владения мечом. Но Гриффиндор знал о его магии, поэтому когда стрела, летевшая прямо в спину королю и пущенная вражеским всадником, вдруг промазала и воткнулась в землю, рыцарь не удивился. Сам Артур, не подозревавший об угрожавшей ему только что опасности, в это время, забыв о главаре, самозабвенно уничтожал нескольких врагов, которые почему-то решили, что за конем прячется кто-то важный, и решили его убить. То есть, картина была такая: не знающий, что ему угрожает опасность, Мерлин спасал жизнь Артуру, пока сам Артур, не зная об угрожавшей ему опасности, спасал жизнь Мерлину. Если бы не напирающие враги, Годрик не удержался бы от смеха. Эти двое просто зависимы друг от друга. В прямом смысле!
Убедившись, что слуга цел и невредим и все еще прячется, Артур возобновил свой путь к главарю нападавших. Тот явно был человеком чести, как расценил Годрик, потому что, видя, что его отряд проигрывает, он не уехал, а остался и даже спешился, чтобы присоединиться к нему. Гриффиндор, свалив последнего врага, обернулся, слегка ошалевший от схватки, рука сама собой взлетела к волосам, чтобы взлохматить их. Остальные рыцари тоже добивали своих противников, а король в это время пытался договориться о чем-то с главарем вражеского отряда. Но у него это не получилось, и тот напал. Уже освободившийся Годрик внимательно наблюдал за сражением, потому что о том, как сражался Артур, всегда ходили легенды.
В белесом тумане, захватившем сельскую дорогу, двое воинов смотрелись очень эффектно. Мечи разрубали ватные клубы своей сверкающей смертоносной сталью, шипела кольчуга, глухо ударялись о землю сапоги, уже испачканные чужой кровью. А потом брызнула своя: удачно оттолкнув Артура, вражеский командир полоснул его по левому плечу. Гриффиндор сам не понял, как подорвался с места, но его удержала железная рука, что легла ему на плечо – это был Гвейн, тоже уже освободившийся от своего боя и напряженно и неотрывно наблюдавший за чужим. Взгляд Мерлина был точно таким же: до предела напряженным и собранным, будто у ожидающего только сигнала хищного зверя. Но сигнала не понадобилось: коротко вскрикнув, король даже не подумал прекращать бой. Напротив, через минуту враг рухнул наземь, и к его горлу прицелился конец Экскалибура. Годрик выдохнул от восхищения, Мерлин и Гвейн – от облегчения.
Поверженный враг исподлобья смотрел снизу-вверх, в его глазах было упрямство и решимость. Отдышавшись немного, Артур заговорил:
- Мы могли бы договориться. Мы не хотим вам зла.
- Договориться? – выплюнул враг. – С тем, кто убил моих солдат?
- Большинство твоих солдат только ранены, а те, кто убиты – убиты в бою, который начали вы, и начали без повода, – спокойно возразил Артур. – Так что...
- Ни о чем я договариваться не буду! – прорычал мужчина. – Лучше убейте.
Король вздохнул и поморщился.
- Нет, убивать мы тебя не будем.
Спустя минут пятнадцать местность уже выглядела гораздо оживленнее. Несмотря на то, что до ужина оставалось два часа, они решили не ждать и развернуть лагерь уже сейчас, потому что всем требовался отдых, а некоторым и лекарская помощь. Поэтому поле у дороги усеяли несколько палаток, туман, испугавшись разведенного огня, отполз подальше. Рыцари принялись доставать съестные припасы, которые у них оставались с последнего населенного пункта, который они прошли. Сэру Озанне бинтовали руку, пока он яростно пытался доказать своим друзьям, которые его спасли, что помощь ему была не нужна. Сэр Рейнольд попивал вино, со смехом рассказывая о забавной гримасе, которую его враг состроил в бою. А сэр Кларус с забинтованной головой со вздохом вспоминал, как вкусно его кормили дома.
Артур сидел чуть в отдалении от основного лагеря, опираясь спиной о дерево (когда прошел туман, оказалось, что здесь росли редкие деревья). Годрик, Гвейн и Леон, которым он отдавал приказания, стояли рядом. Молчащий Мерлин сидел перед ним на корточках спиной к рыцарям, разложив рядом свою сумку с лекарствами, которыми его снабдил в поход Гаюс, и сосредоточенно обрабатывал рану, вообще не слушая, о чем все говорят.
- Останемся здесь на час, – говорил король, – потом двинемся дальше.
- Но, сир, не все в состоянии будут продолжить путь, – по наблюдениям Годрика, Леон был самым вежливым из них. И вот сейчас он высказал свои опасения так, чтобы никого не задеть, особенно того, к кому эти опасения относились. Но Артур только покачал головой и иронично вскинул брови.
