— Мы можем обойтись без риса и сахарного тростника, — сказала я. — Я приму ежемесячно поставки тканей из Самны, а еще двадцать пудов соли и пятьдесят блоков стали. За это я дам шесть шкатулок жемчуга одного размера или цвета, но не вместе.
Он вскинул бровь от моей низкой цены.
— Ткани из Самны требуют осторожного обращения и недели пути по морю. Я не соглашусь меньше, чем на десять шкатулок, и жемчуг должен быть одинаковым.
— Это утомительный процесс. Шесть — мое предложение за ткани. Я заплачу за соль и сталь двумя шкатулками перламутра.
— За шесть будет восемь рулонов ткани, не больше.
— Я хочу хотя бы пятнадцать. И красить их не нужно.
Прелат склонилась и прошептала что-то на ухо Селено. Я прищурилась. Эта женщина не была советником по торговле, она не должна была советовать королю на переговорах. Я пыталась понять ее роль здесь и заметила, что королева Джемма смотрит на стол, ее плечи были напряжены.
— Я приму шесть шкатулок жемчуга за двенадцать рулонов ткани максимум, если жемчуг будет одного размера и цвета, — Селено выпрямился. — А еще я прошу десять пудов серебра.
— За двенадцать рулонов ткани? — Мэй вскинула брови.
— За ткань, соль и сталь.
— Наверное, вы меня не так поняли, — строго сказала я. Его взгляд вернулся на меня. Я выждала пару мгновений тишины — молчание — контроль — чтобы он ощутил вес моих следующих слов. Мышца на его челюсти напряглась от неожиданной паузы. — Я не собираюсь платить вам за эти товары честно, — продолжила я. — Ваши советники предложили начать с малого. Вынуждена согласиться с ними. Вы разбили доверие между нашими народами, чтобы убрать этот ущерб, требуется больше пяти месяцев тишины. Если вы хотите торговать, чтобы пополнить свои сокровища, боюсь, вы будете разочарованы. А сколько жемчуга вы вывезли, не давая взамен ничего, кроме подавления? Нет, озеро Люмен не собирается быть проводником для вашего пророчества. Я буду торговать с вами, если вы хотите вернуть союз, и доверие вернется со временем.
Его карие глаза вспыхнули.
— Вы забываете о своем положении, королева Мона, — резко сказал он. — Я ожидаю честную плату. Я протягиваю руку союза, а не жестокости. Мирная торговля — плюс для вашего народа, а не моего. Или мне сказать, что вы попросили мои военные корабли прибыть на ваше озеро? Что будет делать ваш народ?
— И вы угрожаете мне после пары минут разговора, — холодно сказала я.
Селено не успел ответить, Джемма чуть подвинулась, ее рука юркнула под стол и легла на колено короля. Его глаза пылали, но он отпрянул, сжал кулаки на столе. Я сосредоточилась на ней и сказала, не дав Селено ответить на мои последние слова:
— Скажите, королева Джемма. Ваш посол сказал, что встреча была вашей идеей. Она говорила правду?
Джемма оторвала взгляд от стола и посмотрела на меня, я впервые различила цвет ее глаз. Они были синими, но радужки окружало золотое кольцо. Сочетание впечатляло, а длинные ресницы еще сильнее украшали ее юное лицо. Но роскошный вид ослабил ее тихий ответ.
— Да.
— Да, это все была ваша идея? Тогда скажите, какое ваше мнение? Почему вы хотите торговать с моей страной? Почему подталкиваете мужа к миру, когда монархи Алькоро вторгались в другие страны пятьдесят лет?
Селено стиснул зубы, но он дал жене ответить самой. Прелат рядом с королем смотрела на стол рядом с королевой, не поворачивая головы. Я не понимала, ощущала ли Джемма ее взгляд, но, если и ощущала, она его игнорировала. Она опустила руки на колени и просто сказала:
— Я не хочу больше кровопролития.
— Нет? — я разглядывала ее, не скрывая скепсиса. Она бесстрастно смотрела на меня, ее лицо не выражало ни гнева, ни страха. Только напряжение ее плеч выдавало, что она не была спокойна. — Не хотите кровопролития? Какая добрая королева. Странно, что это нужно начать сейчас, когда у меня появился вооруженный союзник, а не четыре года назад, когда у меня был лишь отряд копейщиков. Расскажите, о чьей крови вы переживаете?
Она смотрела на меня без враждебности, но с чем-то, близким к печали, в глазах. Но Селено опередил ее с ответом.
— Довольно, — рявкнул он. — Вы не будете давить на мою жену. Она предложила встретиться с вами, но я это осуществил. Я предлагаю торговлю, потому что вам это потребуется зимой, потому что я имею право на ваше богатство согласно пророчеству Призма. Не думайте, что я позволю вам обмануть меня.
Я не выдержала и вспыхнула яростью:
— Обмануть? Дурак. Как вы посмели так говорить? Ваша страна построена на горе лжи, и вы подняли эту гору так высоко, словно этим можно гордиться. Не было Призма. Нет пророчества. Нет Света. Вы действуете из алчности, вы обмануты, испорчены. Вы — убийца, Селено, и вы не можете называться королем…
Его лицо исказилось.
— Вы зовете меня убийцей, но сами организовали смерти сотен моих людей в день, когда вернули озеро. Вы думали, что имеете на это право? Вы не лучше меня.
Я встала, кипя гневом, мой стул царапнул по палубе, стол пошатнулся. Мэй схватила меня за руку. Я попыталась вырваться, думая, что она хочет меня сдержать, но заметила, как она хмурится.
— Что-то не так, — сказала она.
— Чт…
