— Добро пожаловать в Сиприян, уважаемые королевы, — сказал Селено. Его голос был слишком сильным, словно и этим он пытался затмить скучные черты.
— Добро пожаловать на корабль «Брызг», — ответила я, не желая отдавать ему власть хозяина.
— Полагаю, путь был приятным? — спросил он.
«Лучше, чем в прошлый раз, — хотела сказать я. — Не нужно было горевать по убитым. Не нужно было неделями мерзнуть и голодать».
— Да, благодарю.
— Позвольте поздравить вас, королева Элламэй, с недавним браком, — продолжил он. — Мои искренние пожелания добра вам и королю Валиену.
Я слышала, как она подавила фырканье. Даже если он не знал, что нарушил ее празднование, он был сильным. Она чуть оскалилась.
— Благодарю, — она не показала ему свой жест благодарности ладонью. Я поджала губы. Я была рада, что он отвлек ее, но надеялась, что он не продолжит давить на нее. Я не хотела, чтобы это закончилось синяком под глазом Седьмого короля.
Рядом с королем и королевой стояли два советника. Один был плотным мужчиной, переминавшимся с ноги на ногу, он не мог дождаться, когда его представят. Другим советником была высокая худая женщина в черном строгом платье и бордовом болеро с такой же лентой с кристаллами, как и у других женщин каньонов на пристани. Я восхитилась бы ее вежливым поведением, если бы она не смотрела на меня немного пугающим взглядом.
Посол Каокотцли указала на мужчину.
— К нам присоединились Алгон Катцомок, губернатор Сиприяна.
Его вощеные усы подрагивали от напыщенности.
— Рад знакомству, королевы.
Губернатор. Таким его сделали алькоранцы, изменив систему ассамблеи, когда захватили Сиприян.
— Взаимно, — скованно сказала я.
— И преподобная Шаула Отцамоз, прелат пророчества Призма, — посол чуть склонилась.
Я не знала, как ответить. Он привел с собой религиозного советника? Чтобы напомнить, что его правление на этом основывалось? Я кивнула сдержанной женщине.
Селено скользнул взглядом по скромному столу и стульям, по двум знаменам.
— Еще не поздно, королевы, перейти на наш корабль. Мы подготовили для вас отличный прием, там лучшие наши угощения и образцы лучшего кофе.
— Нет, благодарю, — сказала я. — Кофе для меня слишком горький. И мы с королевой Элламэй прибыли так далеко не развлечений ради. Мы хотим обсудить дела, чтобы мы могли вернуться в свои страны.
Селено раскрыл рот, словно хотел возразить, но королева Джемма склонила голову.
— Благодарю. Мы так и сделаем.
Селено закрыл рот и махнул рукой послу Каокотцли, та поклонилась и ушла по трапу. Не глядя на Джемму, он пошел к столу. Но на королеву смотрела прелат Шаула. Ее глаза чуть сузились, пока Джемма шла за Селено к столу.
Интересно.
Мы с Мэй сидели напротив четверых алькоранцев за столом. Джемма опустилась справа от короля, а прелат устроилась слева. Губернатор сел рядом с ней, словно хотел быть важным в этом разговоре.
— Королева Мона, — начал Селено все еще слишком громко. — Я поздравляю вас с возвращением союза с монархией Сильвервуда, которые до этого ни с кем не связывались. Торговля через горы будет благом для экономики восточного побережья.
Я молчала. Он начал далеко от темы, но я не собиралась позволять ему делать это долго. Я слышала, как скрипач вдали закончил мелодию, и ему хлопали.
— Я сожалею о разрушении нашего торгового союза, — продолжил он с напряжением на лице. Несмотря на юность, морщины на его лбу были глубокими. — Я сожалею о потерях, которые отразились на наших странах.
Я тихо и уверенно вскинула руку.
— Король Селено, — сказала я. — Я прошу вас говорить прямо. Прошу, не притворяйтесь, что события прошлого были несчастным совпадением или перерывом в нашей торговле. Вы захватили мою страну и убили многих моих людей, что не совершали против вас преступлений. Людей с мужьями, женами и детьми. Вы должны понимать, что я думаю теперь о вас и вашей вере. Если вас интересует торговля, то не скрывайте те события, словно они были случайными. Если вы будете так говорить, мы с королевой Элламэй уплывем, и сделки между нашими народами не будет до конца моего правления. Понятно?
Реакция алькоранцев была едва заметной, но чудесной. Лицо Селено было каменным, но румянец поднимался над его расшитым воротником. Джемма опустила взгляд на стол. Рука губернатора поднялась к усам, приглаживая вощеные волоски. Мама гордилась бы мной. Только прелат осталась бесстрастной и холодно смотрела на меня.
Король заерзал, опустив ладони в перчатках перед собой.
— Хорошо, — его голос потерял громкость, зазвучал от этого жестче. — Хорошо, леди королева. Мы перейдем к этому, если вы того хотите.
«Если вы того хотите», — будто мои желания были связаны с тем, почему мы были здесь. Я хотела, чтобы он раскаивался, чтобы признал, что не может носить корону. Но это никуда не привело бы. Я сложила руки, повторяя за ним.
— Расскажите о соглашении.
Он тихо кашлянул.
— Мои министры торговли предложили начать с малого, ежемесячно поставлять ткани, рис, сахарный тростник и соль в обмен на пятнадцать шкатулок с одинаковыми жемчужинам и пять шкатулок перламутра.
