Трап вспыхнул огнем.
Джемма закричала. Мы тут же отпрянули от огня, закрывая лица руками. Огни вспыхнули в ночном небе, белые, яркие и ревущие. Крики поднялись с пристани внизу. Я услышала звон металла о металл. Дротики появились в атлатлах наших стражей. Но никто не успел отреагировать, раздался треск, все побелело перед глазами. Я пошатнулась, прижала руку к глазам. Их жгло в буре вспышек.
— Мэй! — закричала я. Я опустила руку, яростно моргая. Свет и тьма смешались перед глазами. — Мэй!
— Здесь! — рука врезалась в мою голову, спустилась до моей ладони.
— Видишь что-нибудь?
— Ничего! Идем, в воду!
Я схватила ее за рукав, мы слепо бежали к борту, подальше от волн жара со стороны трапа. Я терла глаза, вытирала щеки от слез. Я услышала стук стульев по палубе, звон металла, одно из знамен упало. Мир медленно проступал перед глазами, но крики и дым продолжали сбивать меня. Мы добрались до края, когда парус загорелся за нами.
Мэй перекинула ногу через борт. Я не успела присоединиться, огонь взорвался между нами слепящей вспышкой. Я отшатнулась, споткнулась о край платья и рухнула на бок. Боль пронзила мою правую руку. Нос наполнил запах горящих волос. Я закричала, откатилась от пылающих досок, пытаясь затушить огонь на одежде. Дым поднимался в воздух. Я ползла на четвереньках, правая рука была обожжена и кровоточила. Я снова ничего не видела, я вжала ладони в слезящиеся глаза.
— Мэй!
Ответа не было. Я впилась в борт, не обращая внимания на боль в руке. Зрение вернулось, я посмотрела на палубу, и сердце подпрыгнуло к горлу. Мэй пропала. Я посмотрела на бушующую воду за бортом. Фигура билась под водой.
Мэй тонула в глубинах.
— Нет! — Я впилась в лодку, рука болела возмущенно, но тут меня обвили руки и втащили на корабль. — Нет! — я была в истерике. Я корчилась, билась, размахивала руками, чтобы уцепиться за что-нибудь. Мои пальцы впились во что-то изогнутое, что-то твердое, с двумя дырами. Маска. Я потянула, фигура, держащая меня, пошатнулась. Но в следующий миг он прижал мокрую губку к моему лицу. Я закашлялась, и пылающий мир вдруг пропал в пустоте.
Глава 5
«Брызг».
Я была на нем.
Я проспала?
Мы еще не прибыли в Лилу?
Почему Мэй не разбудила меня?
Я нахмурилась. Мэй.
Мэй.
Я заерзала, боль пронзила руку. Слезы выступили на глазах.
Я лежала на левом боку на деревянных досках. Грубое одеяло было на моих плечах. В паре дюймов от моего лица лежала губка, за такими мы с братьями ныряли во время изгнания. Она была перемотана бечевкой. Я смотрела на губку и уловила слабый запах. Я вспомнила. Эта штука была привязана к моему лицу. Из-за нее я уснула. Я отдернулась от нее, но спина была прижата к перекладине. Пол покачивался подо мной. Слышно было плеск воды. Я была на борту, но не на «Брызге».
Нет, потому что «Брызг» был сожжен.
Я вытянула шею, пытаясь осмотреться. Тьма была плотной, не мерцал факел, не светила луна. Но я различила силуэт борта в паре футов от себя. Лодка была маленькой. Я пошевелила запястьями. Они не были связаны. Я повернула голову, пытаясь отогнать смятение. Краем глаза я уловила движение. Кто-то стоял в темноте.
Тот, кто сжег мой корабль и утопил Мэй.
Я резко оттолкнулась и встала на четвереньки, лодка покачнулась. Фигура удивленно вздрогнула. Он не успел пошевелиться, я бросилась за борт в воду.
Эта пода была отвратительной, гнилой и склизкой от растительности. Я гребла руками и тут же угодила в запутанные корни. Обожженная рука задела скользкую кору и вспыхнула болью. Что-то гадкое скользнуло у моего рта и щеки. Я подавляла тошноту и желание бороться. Я прижала ладони к мокрой коре и оттолкнулась, дрожа от давления растений. Но я застряла, волосы и локти запутались в растениях, платье было испорчено. Желудок мутило от той гадкой губки, что была у моего носа. Я извивалась, пытаясь высвободиться.
Рука сомкнулась на моей лодыжке, вспыхнула паника. Я отбивалась, попала от корней к вязкому илу. Рука не отпускала. С рывком меня вытащили к лодке. Я согнула локти, чтобы ударить напавшему по лицу, но, подняв меня из воды, он схватил меня и за правую руку. Я вскрикнула от боли, промедлила, и другая пара рук подхватила меня под руками. Меня вытащили на лодку.
Я ударилась о доски и перекатилась, пытаясь избавиться от рук.
— Уберите руки! — зарычала я.
— Факел, верни губку на место, пока нас не услышали!
— Не смейте! — я извивалась в руках напавших. — Немедленно уберите руки!
Фигура села на меня, удерживая.
— Прости, куколка, — сказал тихий голос.
Запах снова ударил по мне.
— Нет…
Пустота.
* * *
Я проснулась в том же смятении. Желудок сжимался с тошнотой, голова была сонной, болела. Я снова лежала на левом боку. Свет давил на веки. От меня пахло гнилью, жженными волосами и медом.
Мед?
Кто-то держал мою обожженную руку. Кто-то мазал что-то густое и липкое на кожу.
Кто-то наносил мед мне на кожу.
