– В том, что ты уже слишком большая. Сейчас объясню. Драконы летают не только при помощи крыльев, им еще помогает ветер. А для него ты тяжеловата. Ты же растёшь. С того дня, как мы стали друзьями, ты подросла на целую голову. Когда бы ты сделала крылья, этот ветер тебя бы просто не смог удержать.
– Плавда?
– Правда. И ты бы здорово ушиблась. А я этого не хочу.
Ликси обнимает его чуть сильнее:
– Я тебя люблю.
– И я тебя люблю.
В вечернем воздухе повисает пауза.
– Жаль, что я не смогу летать.
– Почему это не сможешь?
– Ты же сказал, что ветел не сможет меня поднять.
– Не сможет. Но я знаю такой ветер, которому это под силу.
Труд на поле окончен.
Старый Периндок устало бредет по направлению к дому. Неожиданно дорожку пересекает человек по имени Дорх. На его плечах сидит весело смеющаяся Ликси.
И, прежде чем пара скрывается из вида, до слуха Периндока доносится:
– Ветел! Ветел! Летим туда!
– Слушаюсь, госпожа Дракон!
Несколько дней спустя
Новые, похоже, недавно поставленные городские ворота были открыты. Идущий рядом с Эрмиттой Руд отметил и новенькую форму, и слишком молодой вид четырех стражников, вцепившихся в него подозрительными взглядами.
Первые признаки возрождающегося после войны города. Дальше, значит, будут еще.
Вошли под недавно отстроенную арку ворот. До слуха донеслись звуки работы, и Руд поднял голову: в оставленный строителями широкий проем злые и грязные мастеровые, поминая Божью бороду и Бездну, устанавливали железную решетку. Это было что-то новое и непонятное. Еще большее удивление вызвали расположенные по другую сторону арки вторые ворота, более тяжелые, даже на вид. Одна из створок сейчас была закрыта. Пришлось немного задержаться, ожидая своей очереди в толпе идущих в город людей, лавирующих между теми, кто этот самый город покидал.
– Было бы неплохо открыть вторые ворота, а не держать честный люд в этой клетке, как домашний скот.
– Никак не могу взять в толк, чем они все там заняты?
– А я соглашусь: почему вторые ворота нельзя открыть? Ладно мы, а представь тех, кто идет сюда с севера? Им всю городскую стену обходить приходится.
– Да не сделаны они еще! Каменщики вон трудятся, выправляют арку.
– Все давно сделано. Просто глава города таким образом хочет контролировать всех, кто входит в город. Ищут разбойный отряд Довгата Рыжего.
– А ты шутник, как я погляжу. Стража что, всех идущих в лицо знает? Скажи вот, если меня вчера Довгат твой к себе в отряд взял, а сегодня я спокойно в город пришел, кто меня остановит?
Горожан, оживленно обсуждающих злободневные темы, Руд не видел, но очень надеялся, что кто-нибудь из них упомянет заинтересовавшую его решетку в потолке. Однако голоса вскоре смолкли: спорщики прошли в город.
Парень обернулся, ища глазами Эрмитту. Девчонка нашлась рядом.
Еще несколько шагов – и они оказались в черте города, возле другой толпы людей, стоявших на выход.
«А куда, интересно, деваются конные путешественники или те, кто приезжает в город с товаром на своих телегах?»
Руд отошел к одному из домов, стоявших вдоль улицы.
– Куда пойдем? Хотелось бы поесть, вымыться и поспать на чем-то, что напоминает кровать.
– Отличный план, сатонец. Я полностью на твоей стороне.
– Тогда командуй. Я так понимаю, в городском устройстве ты разбираешься хорошо.
– А то! – Эрмитта гордо вскинула голову. – Знаешь, сколько я этих твоих городов перевидала? Ты даже не…
– Куда идем?
– Все самое интересное обычно происходит возле часовой башни. Как правило, на соседних улочках можно легко найти и сцену, и трактиры, и постоялые дворы, и торговые лавки.
– Значит, нам туда.
Как и предполагал Руд, внутри город все еще носил легко узнаваемые следы прошедшего здесь великого бедствия. Во многих домах были выбиты окна и двери. Некоторые из построек клонились под разными углами в стороны, а какие-то вовсе превратились в груды обгорелых останков бревен, раскисших под прошедшими с того времени дождями.
Но сами уличные дорожки и настилы выделялись своей чистотой.
В одном месте путешественники наткнулись на огромную кучу всевозможного мусора. По ее склонам лазали дети. Кто-то извлекал на свет куски древесины и стаскивал их в кучу. То здесь, то там на глаза попадались группы людей, что-либо ремонтирующих.
– Никак не могу понять, для чего эту улицу выложили камнем? – Руд посмотрел на Эрмитту. Ноги ощущали разноразмерность бугров и провалы зазоров. С непривычки идти было крайне неудобно.
– А ты не бывал в крупных городах?
– Один раз. Но не видел там ничего подобного. Может, тот город не был достаточно крупным? Или…
– Или ты просто не ходил по центральным улицам, – закончила за него Эрмитта.
– Возможно, что так, – он не стал спорить.