– Вот поэтому и не можешь понять. Ты же видишь, какое тут движение. И поверь мне, оно не затихает до самого захода солнца. А начинается с рассветом. Жизнь в подобных местах всегда полна суеты. А теперь представь, во что превратится эта широченная дорога, если пройдет ливень. Или после зимы. Да тут будет столько грязи, что не всякая телега проедет! Я видела однажды, как груженую подводу пытались вытащить. Сзади три мужика толкают, колеса на руках тащат, а возница хлещет измученную лошадь. С размаху бьет, не жалеет.
– Бывало и такое.
– Посему и принято правильное решение: в подобных местах укладывать камень для проезда. Такое много где есть. А я была однажды в Эстароне. Знаешь, что я там увидела? Дорогу, ведущую к замку государя. Она мало того, что выложена, как здесь, так там еще между щелями насыпано множество осколков какого-то белого камня. Когда восходит луна, они отражают ее свет и горят, подобно россыпи звезд. Видел бы ты, как это красиво! Нигде больше подобного я не видела. Хочешь, вместе дойдем до Эстарона и ты сам увидишь всю эту красоту?
– Сперва закончим то, что начали.
– Знаешь, о чем я подумала, сатонец? – Эрмитта сделала небольшую паузу. – Не ждет ли нас с тобой разочарование возле этой самой часовой башни? Там в каждом из трактиров и в прочих забегаловках все свободные места могут быть заняты такими же, как мы с тобой. Помнишь, как все вышло в последний раз? Возможно, лучше попытать счастья где-нибудь подальше от центра. Что скажешь? – девушка повернулась… и замерла в растерянности. Там, где пару мгновений назад был сатонец, сейчас шел какой-то незнакомый человек. А ее спутника видно не было.
– Вот же Бездна! – девушка растерянно завертела головой. Куда он делся? В поле зрения попадались только незнакомые люди, проходящие мимо. Эрмитта отошла в сторону – и увидела его. Сатонец с самым невозмутимым видом стоял напротив одной из построек.
– Ты чего? – Эрмитта быстрым шагом подошла к Руду. – Не мог сказать, что тут встанешь? Я думала, мы потерялись! В таком большом городе это запросто!
– Я тебе сказал. Но ты не услышала.
– А повторить? Или догнать меня?
Руд не ответил, продолжая смотреть в сторону раскрытой двери.
– Божья борода! Да что ты там увидел такое, сатонец?! Бабу голую? – Эрмитта подошла ближе, выглянув сбоку от высокого спутника. – Кузница… Ты кузницу в своей деревне никогда не видел, что ли?
– Идем, – Руд осмотрелся по сторонам, запоминая место.
Первый из постоялых дворов попался на глаза через три десятка домов, недалеко от начала улицы возле центральной площади.
– Зайдем? – предложил Руд.
Внутри было людно и шумно. Между занятыми столами с единичными пустыми местами сновало несколько разносчиков. В дальнем углу какой-то музыкант остервенело рвал струны своего инструмента.
– Сдается мне, – Эрмитта замерла возле порога с кислым выражением лица, – дадут нам поворот отсюда.
– Спросим и узнаем.
Хозяин заведения после короткого расспроса подтвердил предположения девушки. И добавил, что коль им двоим так нужна работа, то стоит идти через площадь, по левую сторону от часовой башни, по улице, что ведет ко вторым воротам. Там будет таверна «Лариол». Вот в ней и надо спросить насчет свободных рабочих мест. Дом пустовал во время войны, хозяин вернулся в город буквально вчера, так что лишние руки ему сейчас совсем не повредят. Если, конечно, старик еще никого не взял за прошедшее время.
Поблагодарив за полученные сведения, Руд и Эрмитта чуть ли не бегом направились в указанную сторону.
Впереди показалось открытое пространство, в центре которого было огорожено место с установленными в центре солнечными часами. На возвышающемся рядом постаменте скучал, изнывая от жары и скуки, человек. Рядом в нескольких клетках сидели притихшие петухи. Каменный столб башни возвышался впереди. С ее открытой площадки свисало огромное полотнище с нарисованным на нем символом.
«Четыре» – с удовольствием отметил про себя Руд. И бросил быстрый взгляд на бегущую рядом девчонку:
– Нам левее.
Но путь слева был перекрыт. Перед ними стояла группа горожан, загораживающая собой какую-то возню, сопровождаемую стуком множества молотков, топоров и жужжанием пил. Пришлось уходить вправо. Краем глаза Руд заметил очертания возводимого сооружения: длинного деревянного настила на нескольких опорах. Детали скрылись за все теми же людьми, а через несколько мгновений – уже за углом первого дома нужной им улицы.
Таверну Руд и Эрмитта узнали сразу. Над пустым дверным проемом висела треснутая деревянная табличка с облупившейся краской.
– «Лариол», – прочитала запыхавшаяся девушка. – Нам сюда.
– Переходим на шаг, а то напугаем человека.
Но они не успели. На порог вышел старик, устало оперся на дверной косяк и заметил подходящих к нему людей.
– Если поесть бежите, то не обрадую: у меня еще ничего тут нет.