Огонь сильнее мрака полностью

За стеной послышался знакомый, наводящий тоску лязг тюремных засовов. Простучали неровные шаги, заскрипели половицы, кто-то надсадно закашлялся, и в кабинке для свиданий – как раз в той, напротив которой стояли Джон и Джил, – открылось полукруглое окошко.

– Теодон Винпер, – грубо крикнули из темноты за окошком. – Обвинен в использовании магических устройств без допуска к эксплуатации, а также в применении таковых устройств в личных целях. Приговорен к тюремному заключению сроком на восемь лет плюс конфискация имущества.

Джон покосился на охранника у двери. Тот стоял, вытянувшись прямо, словно проглотил дубинку, и по-прежнему глядел перед собой. Возможно, он попросту спал: Джону доводилось слышать о часовых, владевших искусством спать с открытыми глазами. Как правило, подобное мастерство постигалось на втором-третьем году военной службы.

За окошком снова закашлялись. Джон решительно шагнул в кабинку и сел на узкую скамью. Напротив устроилась Джил.

– Винпер? – позвал Джон.

Темнота выпустила бледное лицо, заросшее жидкой бороденкой. На лице выделялся понурый горбатый нос в точках угрей.

– Он самый, – прохрипел обладатель носа. – Чем обязан благородным господам?

– Ты состоял в магическом ордене, – сказал Джон. – «Тайная заря». Я сыщик, ищу человека, который был там вместе с тобой.

Винпер на секунду прикрыл глаза дряблыми веками.

– «Тайная заря», – выдохнул он. – Боги, лет-то сколько прошло… Неужто еще кто-то жив?

– Один из вас точно выжил, – сказал Джон. – Больше того, разгуливает на свободе. Неизвестно ни имя, ни место, где он живет. Знаю только, что он уже несколько лет занимается предсказаниями. Встречается с людьми в заброшенных домах на окраине Дуббинга. Якобы вызывает духов… но, думаю, даже ты согласишься, что духов не существует.

Из темноты раздался клокочущий смешок.

– Если бы духи существовали, они бы давно меня отсюда вытащили, – сказал Винпер. – Извиняйте, добрый человек сыщик. Думаю, ничем помочь не смогу. Под ваше описание подойдет любой маг, которого еще почему-то не упрятали в кутузку.

– Он огромного роста, – сообщил Джон. – Здоровенный такой громила. Больше ничего не могу сказать. Лица не видел, голоса – и того не слыхал.

За окошком было тихо. Потом снова раздался кашель, полный скрежета и бульканья, словно издававшие его легкие были набиты мокрыми булыжниками.

– Стало быть, жив, сволота этакая, – просипел Винпер, переводя дух. – Всех нас погубил, а сам – на воле. Знаю я его, добрые люди. Как не знать. Могу и рассказать малость…

Он замолчал, будто ждал чего-то, и только хрипло дышал, с усилием втягивая воздух. Джон оглянулся – смотрит ли охранник, но того не было видно из-за перегородки. Раскрыв сумку с амулетами, он показал ее содержимое Винперу.

– Тут аккурат для тебя. Бери, подлечишься.

Арестант скользнул по амулетам тусклым взглядом.

– На кой ляд мне ваши побрякушки? – выдавил он. – От охраны в жопе прятать?

– Бери все, – подала голос Джил. – Один себе оставишь. Другие отдашь, выкупишь место на Чистом дворе. Они дорогие, авось на месячишко хватит. Поживешь как человек…

Винпер сплюнул.

– Ни хрена вы не понимаете, барышня. Чистый двор – это место для фраера, у кого на воле есть богатые родичи или друзья. Которые станут каждый месяц исправно башлять, чтоб его не перевели в общие камеры. За меня никто не впряжется, а стало быть, и на Чистый двор мне путь заказан. Так что ваши амулетики у меня просто отнимут. И еще в карцер бросят, чтобы другим неповадно было такие передачи брать. Так что уберите свое добро. Без того тошно.

– Что ж тебе надо? – спросил Джон, затягивая ремень сумки. – Платить за тебя у нас не выйдет. Сами не богачи. Вытянуть отсюда – и подавно. Чем тебе потрафить?

Темнота вновь разразилась тяжелым лающим кашлем. Откашлявшись, Винпер сморкнулся в два пальца и выдохнул:

– Табачку бы. Найдется? Хорошо бы с запасом, а то в камере делиться заставят.

Джон и Джил переглянулись. Русалка, хмурясь, покачала головой. Джон пожал плечами, раскрыл сумку и достал из внутреннего кармана заботливо укрытый от дождя кисет. Тот был еще полон: Джон захватил побольше на обратную дорогу. Под пристальным взглядом Джил он протянул кисет в окошко. Винпер протянул худую руку, сцапал подношение и мгновенно запрятал кисет в зловонные глубины арестантского одеяния.

– Благодарствуйте, – сказал он натужно. – Ну, так чего вы хотели знать?

– Да все хотели, – отозвалась Джил. – Как зовут того дылду. Каков на рожу, какие приметы. Где искать. Что можешь – то и расскажи. Не торопись, время есть. Не кури только прямо сейчас, ага? А то сдохнешь раньше, чем расскажешь.

Винпер отмахнулся.

– Я так и так скоро подохну, – возразил он. – Хоть покурю нормально перед смертью. Слышьте, а у вас того… Бумаги не будет?

Джон, вздохнув, раскрыл портсигар, прикурил самокрутку, перехватил ближе к дымящемуся концу и протянул в окошко. Винпер взял курево двумя пальцами – осторожно, как святыню. Жадно затянулся, на пару секунд задержал дыхание и с благоговением, изо всех сил сдерживая спазмы, выпустил дым. Джил выбранилась под нос.