Огонь сильнее мрака полностью

Он набросил на плечи плащ, подхватил со стола мешок. Джил была уже у двери, медленно проворачивала ключ в замке, придерживая, чтобы не скрежетал. Отперев, застыла, напряженно пригнув шею. Оскалилась.

– Слышу, – шепнула она. – Внизу. Вошли.

Джон оттеснил ее от входа и, взяв на изготовку револьвер, толкнул дверь. Секунду он выцеливал темноту в открывшемся проеме, затем крадучись ступил на лестничную площадку. Снизу, усиленные эхом, доносились шаги, слышалось тяжелое дыхание. Кто-то сдавленно кашлянул; отчетливо, упруго щелкнул взведенный курок. Джон обернулся, поймал взгляд Джил, коротко дернул головой: вверх.

Взлетели по лестнице, бесшумно, пропуская по две ступени. Дверь на чердак была, как всегда, не заперта. Согнувшись в три погибели, хрустя мусором под ногами, Джон пробрался к слуховому окну. Дернул: наглухо прибито к раме.

Джил втиснула ладонь в оконную ручку рядом с его пальцами.

– Раз, два, взяли, – буркнула она.

Окно заскрежетало так, что слышно было, наверное, до самого Айрена. В лицо дохнуло ночным воздухом. Джон вздрогнул, почувствовав, как встрепенулись те, внизу: они были уже в квартире, были растерянны и злы, упустив добычу, не зная, где искать ускользнувших беглецов, и сейчас оглушительный скрежет подсказал им – где.

Джил успела вылезти наружу, махала: сюда, скорей. Он выбрался на крышу, зацепившись лямкой мешка за торчащий из рамы гвоздь и едва не упав. Оскальзываясь на черепице, расставив руки, они подобрались к краю.

Из-за фабричных труб выглянула луна, ярко и бесстыдно высветила замершую на кромке ската Джил, мазнула стальным отблеском по слуховым окнам, спугнула кошку на трубе. Все стало ярким и заметным.

Не исчезла только темнота в провале между домами.

Соседние крыши разделяло совсем небольшое расстояние, не более двух ре, но это были два ре черной, смертельной пустоты. Надо было прыгать – и уходить дальше, спускаться по той стороне, чтобы затеряться в переулках, выйти к порту, искать корабль, найти и уплыть по морю прочь отсюда.

Джил подобралась

уходят уходят вон они давай только без паники без паники сети иглы живыми взять только быстро сетью стреляй

он увидел – не своим, чужим зрением, чужим умом – кружок прицела, почувствовал, как подается под чужими пальцами спуск, как толкает в ладонь отдача

разом все по ним рядом накроем обоих потом иглами доберем

бросился, обхватил, оттолкнул Джил от края.

Там, где они только что стояли, со свистом пролетела сеть: темная, большая, с пятнами грузов по краям. Пропала в темноте.

Взмыли в воздух парцелы, тучей, сонмом. Закрыли луну, заполонили небо, спикировали – он знал – на тех, кто был позади. Раздались крики, застучали выстрелы. Брызнула осколками черепица.

Что-то подсекло ноги, завертелось вокруг голеней: еще сеть. Видно, нападавшие стреляли вслепую, в панике. Он грохнулся набок, задергался, пытаясь освободиться, но путы лишь затягивались туже.

Свист. Удар. Джил крутанулась вокруг себя и упала. Сеть окутала ее всю, от ног до шеи. Русалка вскрикнула, захрипела и покатилась вниз, к краю – спеленатая, беспомощная. Джон рванулся что было сил, взмахнул рукой. Схватил какую-то веревку, изгибаясь всем телом, потянул. Поздно: Джил беззвучно исчезла в черном провале.

Через миг его дернуло и потащило следом. Джон вцепился в хлипкую жесть водосточной трубы, взревел от натуги, силясь вытянуть Джил из бездны за спасительную веревку. Повиснув над пропастью, увидел русалку: искаженное лицо обращено вверх, рука вывернута, притиснута сетью к шее. Она раскачивалась в пустоте, не смея шевельнуться, глядя ему в глаза, а веревка скользила в ладони Репейника, обжигая кожу, – пядь за пядью, пядь за пядью. Пальцы свело каменной судорогой, и Джон ничего не мог поделать.

Джил смотрела на него не отрываясь, уже зная, что он не удержит. У нее в голове было холодно и покойно, словно в глубоком омуте, – как всегда. Она даже сейчас думала только о Джоне, словно прощалась, погружаясь на дно, откуда уже не всплыть.

Водосток скрипнул, накренился, подаваясь под их двойным весом.

Крики позади смолкли.

Джон призвал к себе все парцелы до единой, окружил себя и Джил плотной, бешено крутящейся сферой темных частиц. Ведь кто-то же мог летать с помощью этих бесполезных штуковин! Кто-то мог поднимать скалы, раздвигать горы! Может, и он тоже способен, хотя бы теперь, хотя бы раз в жизни? Но он не был способен. Парцелы сновали вокруг, проносились сквозь их тела, не причиняя вреда и не принося пользы. Впустую.

Раздался скрежет, что-то хрустнуло. Водосток дрогнул, отделился от стены, согнулся, будто кланяясь, и обрушился в темноту, увлекая за собой Джона и Джил.

Они полетели вниз.

Джил вскрикнула.

Джон успел с тоской подумать: «Остров. Я так хотел с ней на остров».

Темнота окутала их – глухая, бездонная.

А затем вокруг стало очень светло.