Огонь сильнее мрака полностью

– Я его придумал, – с нотками гордости сказал юноша. – Даже схему набросал. В том мире он, конечно, не работал бы. А тут магия дармовая. Никаких богов, никаких башен – все из воздуха!

Джон с каменным лицом подошел к двери воздушного дилижанса и перешагнул блестящий порог. В экипаже было тесновато, но уютно: кожаные подушки кресел, толстый ковер под ногами, даже маленький, красного дерева столик посредине. Откуда-то поддавали света незаметные лампы, и свет этот был того же голубого оттенка, что Джон увидел в БХР: «свет божественный», работающий от чар. Джон сел, поставил шкатулку на стол. Пышное сиденье опустилось под ним медленно и величаво. В экипаж влез Найвел, за ним с опаской, почти крадучись, вошла Джил. Села рядом, покосилась настороженно, хотела что-то сказать, но тут дверь с механическим сипением закрылась.

– А где пилот? – спросил Джон, чувствуя себя довольно глупо.

– А не нужен пилот, – ответил Найвел, чуть улыбаясь. – Само полетит. Вы куда хотите?

– В Дуббинг, – сказал Джон, чувствуя себя еще глупее.

– Вот и скажите адрес.

Джон положил ладонь на шкатулку.

– Темброк-лэйн, двадцать три, – сказал он, глядя Найвелу в глаза. – И летим поскорей, а то кое-кто заждался.

Найвел отвел взгляд, скрестил руки на груди. Джон видел, как напряглись его плечи. Джил посмотрела в окно и горлом издала тихий клокочущий звук – как закипающий чайник. Джон тоже глянул в окно: дилижанс с огромной скоростью поднимался в воздух. Кусты на зеленом теле пустоши, блестящая лента ручья в распадке, какие-то маленькие домики, которых не было в прежнем, настоящем мире – все стремительно летело вниз, уменьшаясь в размерах.

Внутри кабины лихой подъем никак не ощущался. Набрав приличную высоту – никак не меньше двух лидов, – летающий экипаж завис на месте.

– Всегда мечтал это сделать, – пробормотал Найвел. Встав, откинул одну из округлых секций прозрачного верха кабины. Джон с возрастающим удивлением смотрел, как он протянул руку и коснулся чего-то в воздухе – чего-то над самой крышей экипажа. Поводив рукой в пустоте, Найвел опустился на сиденье и, поднеся руку к лицу, зачем-то понюхал собственные пальцы.

– Мятой пахнет, – сказал он.

Джон понял, что отличало этот мир от настоящего. Другим было небо. Он приметил это сразу, когда рассеялась туманная завеса, только не сообразил, в чем дело, а теперь видел ясно: небо здесь было очень ярким, очень близким. Слишком близким.

Джил несмело поднялась с места.

– Можно? – спросила она, кивая на открытое окно.

– Конечно! – сказал Найвел. Джил, зажмурившись, тоже протянула руку. Тут же глаза ее удивленно распахнулись, брови полезли на лоб. Она стала шарить в воздухе, потом отдернула ладонь и недоверчиво ее осмотрела.

– Твердое, – сказала она с изумлением. – Джонни, тут небо… оно твердое! Как потолок!

– А облака, наверное, можно есть, – добавил Найвел. – Сейчас подлетим.

Экипаж двинулся к небольшой тучке, оказавшейся при ближайшем рассмотрении довольно плотной. Джил вдруг хихикнула, высунулась по плечи, оторвала от нее кусок размером с подушку и втащила в кабину. Найвел отщипнул, сунул в рот.

– Вкусно, – пожевав, сообщил он. – Есть охота…

Джил поделила облачную подушку на три части: одну дала Найвелу, другую оставила себе, а третью протянула Джону. Облако из мира мечты походило на сахарную вату, но было намного нежней, словно бы таяло прямо в руках, исходя холодком. Джон поднял глаза. Найвел ел свою долю с жадностью, широко разевая рот, причмокивая. Джил с увлечением жевала, покачивая головой от удовольствия, и, поймав взгляд Джона, с улыбкой показала большой палец. Чувствуя, что теряет последнюю связь с реальностью, Джон откусил небольшой, для пробы, кусочек и осторожно прижал языком к нёбу.

Через пару секунд он уже вгрызался в прохладную сочную мякоть. Облако было сладким, как молоко с сахаром, и пряным, как коричные палочки, пахло хмелем и липовым цветом, и еще угадывались порой солоноватые нотки, словно от овечьего сыра, – одним словом, ничего подобного он раньше не ел. Покончив с куском, Джон потянулся в окно за добавкой и на сей раз сам разделил добытое на три части. Некоторое время под стеклянной крышей экипажа слышались только хруст и сдержанное чавканье. Когда нежданная трапеза кончилась, Джон снова глянул вниз и обнаружил, что они с хорошей скоростью летят над морем.

Море Сомниума тоже оказалось особенным; верней, не оно само, а то, что в нем водилось.

– Ничего себе, – вырвалось у Джона. Найвел посмотрел вниз.

– Да-а, – сказал он негромко. – Я такое видел.

– Где? – спросил Джон. Найвел покачал головой.

– Во сне… Давайте снизимся, а?