Когда Халид завернул за угол, его глазам предстало жалкое зрелище. Кузнец и его друзья окружили коренастого мужчину, распростертого на мокрой, грязной мостовой и закрывшего голову руками. Он был почти раздет, как и женщина наверху, которая продолжала кричать на мужчин из заднего окна. Дождь ничем не заглушал эту какофонию. Все участники потасовки в переулке были слишком поглощены криками, пинками или тем, что их пинали, и потому не заметили Халида.
Но ничего, это поправимо.
«А как тебе такие таланты?» – подумал Халид и хлопнул кузнеца по плечу.
Мужчина замер, а затем обернулся, его ботинок по-прежнему упирался в живот лежащего человека.
– Чего тебе? – прорычал он.
Халид смерил его своим обычным бесстрастным взглядом.
– Оставь его в покое.
– Ты что, чертов святой? – Кузнец ткнул пальцем в лежащего на земле человека. – Ты знаешь этого человека, Бьянчи?
Бьянчи уставился на него наполовину заплывшим глазом.
– Я… ах…
Кузнец усмехнулся.
– А ты, Лиза? – крикнул он женщине. – Ты и с ним путаешься?
Халид молча наблюдал за ним. Один из товарищей кузнеца смутился, заметив ледяное спокойствие Халида.
– Давай заканчивать, – пробормотал он. – Хватит с него.
Но теперь кузнец, прищурившись, смотрел на Халида.
– Нет, – сказал он. – Сегодня кому-то сломают шею. И если не этому куску дерьма, – он ткнул каблуком в живот Бьянчи, ниже, чем раньше, и тот в ответ испуганно заверещал, – то его ангелу-хранителю.
Последовавший затем удар был нанесен не кулаком или коленом. Кузнец внезапно извлек из-под одежды железный прут. Он с яростью нацелился в ребра Халида, нанеся сильный удар, стремясь мгновенно вырубить противника.
Это был умный ход, к тому же он почти застал Халида врасплох. Но кузнец был скорее драчуном, чем бойцом. Он привык действовать в ситуациях, когда его поддерживают друзья. Без поддержки товарищей он был бы практически беспомощен. Халид легко уклонился от железного прута, почувствовав, как тот задел ткань его рукава.
Кузнец споткнулся, удивленный ловкостью Халида, а возможно, и тем, что тот не бросился наутек. Когда кузнец вновь замахнулся, чтобы нанести еще один удар, собираясь раздробить колено Халида, Халид слегка обогнул его и заехал локтем в лицо одному из приятелей кузнеца.
Тот попятился, кровь, смешиваясь с дождевой водой, просачивалась между его пальцев.
– Господи Иисусе! – завопил он, и этот крик эхом отразился стен узкого переулка. Халид не дал ему ни секунды на то, чтобы прийти в себя, – в следующую секунду его колено с размаху врезалось мужчине между ног, заставив его зашататься. Затем последовал новый удар, который пришелся противнику в висок. Тот рухнул на скользкую мостовую.
Минус один. Осталось еще двое.
Из-за спины Халида послышались проклятия кузнеца. Он едва успел сделать шаг в сторону, как железный прут со свистом обрушился на него. Левую руку пронзило парализующей болью, но, к счастью, голова оказалась не задета. Развернувшись, Халид обнаружил, что кузнец и его единственный оставшийся товарищ стоят плечом к плечу, перекрывая все пути к отступлению. Под проливным дождем не было видно несчастного Бьянчи.
– Ты еще об этом пожалеешь, – проворчал кузнец. Костяшки его пальцев, сжимавших железный прут, побелели.
Халид не дал им шанса напасть. Он стремительно бросился в сторону двух противников. Здесь, под окном Лизы, стоял разваливающийся деревянный ящик. Халид уперся ногой в скользкую поверхность и подпрыгнул, хватаясь за оконный карниз, его пальцы заскользили по заплесневелому камню, пытаясь найти, за что удержаться…
Теперь Халид висел, раскачиваясь в воздухе и болтая ногами. Над ним Лиза испускала нечленораздельные вопли. Ее муж внизу вторил невразумительным ревом. Халид подумал, что, возможно, они друг друга стоят.
И тут он прыгнул. Поджав колени, он нацелил каблуки в голову противника, превратившись в снаряд сокрушительной мощи. В полете Халид распрямил ноги и с удовлетворением ощутил мощное столкновение своих ступней с мягким человеческим телом.
Ударившись о землю, он перекатился набок и присел на корточки. Кузнецу повезло меньше. Тот ударился о деревянный ящик, который разлетелся на мелкие кусочки. И теперь он лежал и стонал среди обломков. И, похоже, ему не скоро удастся подняться.
Только его друг все еще стоял на ногах. Халид склонил голову набок, прижавшись к булыжной мостовой на случай, если тот все-таки решит рискнуть и нападет…
В следующее мгновение на голову мужчины обрушилась палка. Тот повалился на землю, и Халид увидел стоящего за ним Бьянчи, его лицо посинело от кровоподтеков.
Бьянчи смотрел на Халида. Халид смотрел на Бьянчи.
– Ты… – пробормотал Бьянчи. Казалось, он потерял дар речи. Его палка – обломок развалившегося ящика – повис в его руке. – Ты…
Халид опустил голову.
– Вы ранены, синьор?
Бьянчи еще мгновение смотрел на него. Затем он откинул голову назад, разразившись звучным хохотом.
– Я
