Брат Майноа усмехнулся: – Это, леди. Только этот. Но я видел фотографии их всех. Копии отчетов распространяются среди тех из нас, кто приговорён к этой обязанности. На случай, если что-то, найденное в одном месте, прольёт свет на что-то, найденное в другом месте. Тщетная надежда. И всё же мы продолжаем надеяться.
– И везде все жители погибли, – задумчиво произнёс Тони.
– Возможно. Или отправились в другое место.
Они прошли через то, что могло быть рынком, или местом встреч, или даже игровой площадкой. В центре находился помост, который описал брат Майноа. На нём загадочная полоска материала сворачивалась и возвращалась сама к себе, образуя витую петлю, по которой мог бы пройти высокий человек. Тони ударил по ней костяшками пальцев, услышав, как она зазвенела в ответ. Металл. И всё же это не было похоже на металл. По краям виднелись зубчатые рисунки с углублениями, как будто на расплавленном материале были отпечатаны таинственные пальцы. Такие же узоры украшали края помоста. На открытом пространстве маленькими флажками были отмечены места, где были найдены тела, которые были перенесены в укрытие для последующего изучения. Один флажок лежал внутри петлеобразной конструкции, несколько других лежали рядом с помостом, как будто там было прервано какое-то собрание.
– Что убило этих людей? – спросил Тони.
– Фоксен, как полагают некоторые. Но я так не думаю.
– Почему вы думаете, что нет? – Отцу Джеймсу стало любопытно; необычность этого места ослабила его обычную сдержанность.
Брат Майноа огляделся вокруг, не обращая внимания на присутствие брата Лурая. Когда он убедился, что никто его не слушает, Майноа сказал: – Мы, Зелёные Братья, здесь уже много лет, юный сэр. Много лет. Много лет на Траве. Мы проводили каждую весну, лето и осень среди травы. За всё это время ни на одного из нас Фоксен так ни разу не напал. – В его тоне чувствовалась уверенность.
– Вот как, – сказала Марджори.
Брат кивнул, долго глядя ей в глаза. – Да, леди Вэст-Райдинг. Именно так.
– Вы имеете в виду гиппеев? – потрясенно спросил Тони. – Не может быть!
– Тони! – решительно сказала Марджори. – Пусть он скажет.
Брат Майноа покачал головой. Затем он бросил на Тони многозначительный взгляд, прежде чем повернуться к Марджори. – Мадам. Посмотрите на эти бедные создания, мёртвых все эти столетия. Обратите внимание на их раны. Затем посмотрите на тех аристократов, кто больше не охотится. Посмотрите на их искусственные кисти, предплечья и ноги. И скажи мне тогда, не сделал ли тот, кто сделал одно, также и другое.
– Но гиппеи – травоядные животные, – всё ещё пытался протестовать Тони, думая о своем отце. – Да и зачем им…
– Кто знает, чем занимаются гиппеи или кеми они являются? – предложил брат Майноа. – Они держатся как можно дальше от нас, разве что наблюдают. И когда они наблюдают за нами…
– Мы видим их презрение, – выдохнула Марджори так тихо, что Тони не был уверен, что правильно её расслышал. – Мы видим их злонамеренность.
– О, перестаньте, – сказал отец Сандовал почти сердито.
– Я сама видела это, – сказала Марджори, обнимая Тони за худенькие плечи. – Я видела, отец мой. Ошибки быть не может.
Ответом ей был его укоризненный взгляд. Отец Сандовал всегда отстаивал духовное превосходство человека.
– Злой умысел? У животного? – спросил отец Джеймс.
– Почему вы называете гиппеев животными, святой отец – поинтересовался брат Майноа.
– Потому… потому что это то, чем они являются.
– Почём вам это знать наверняка?
Отец Джеймс не ответил. Вместо этого он протянул руку, чтобы помочь отцу Сандовалу, который сердито вытирал лоб и оглядывался в поисках места, где можно было бы присесть.
– Сюда, святые отцы, – Брат Лурай поманил пальцем. – Мы поселились в этом доме арбаев. У меня здесь есть кое-что для нас, чтобы освежиться.
Они сели, благодарные за угощение и стулья, несколько смущенные их размерами. Арбаи были расой с длинными конечностями. Их стулья не подходили человеку.
Отец Джеймс вернулся к разговору.
– Вы спросили, почему я думал, что гиппеи – это животные? Хорошо. Я видел их. Они не проявляют никаких признаков того, что они нечто большее, чем животные, не так ли?
– Какое доказательство вы бы приняли? – спросил брат Майноа. – Изготовление инструментов? Погребение мёртвых? Вербальное общение?
– Даже и не знаю. Я ещё не думал об этом. С тех пор, как мы здесь, я не слышал, чтобы кто-нибудь предположил, что гиппеи, или Гончие, или… или любое другое животное на Траве было чем-то большим…
Брат Майноа лишь загадочно пожал плечами:
Они вместе пообедали – паёк братьев плюс то, что Марджори взяла с собой. Потом они снова пошли пешком, по другим улицам, в другие комнаты. Они видели артефакты. Они видели книги, бесчисленные книги, страницы, покрытые причудливыми линиями.
На обратном пути Марджори спросила: – Брат Майноа, не могли бы вы приехать в Опал Хилл, чтобы встретиться с моим мужем, Родриго Юрарьером, послом Святости в этом месте?
Брат Лурай удивлённо поднял глаза.