Ляля не видела, как высокий парень оказался за её спиной, она лишь успела удивиться, когда влажная тряпка вдруг накрыла её рот…
Обмякшее Лялино тело мужик и парень втащили в «газель», запрыгнули следом.
Женщина села за руль. Уже трогаясь, она обернулась и сказала в салон:
— Юрик, только запись подправь. Чтобы было не «помогите», а «помоги».
— Уже правлю, — меланхоличным басом отозвался высокий Юрик.
Антон Андреевич Куцик уснул только под утро. Всю ночь ворочался, ходил на кухню пить чай и даже попробовал курить, хотя уже три года как бросил. Сигареты жены оказались препротивными — отвык он совсем от курева, что ли. Ему не давал покоя тот материал о Рушской косе, который Кобрин распорядился дать в вечернем блоке новостей. Уж больно опасный материал. Вполне тянет на… как это правильно фыормулируется? — на разжигание национальной розни…
Как бы чего не вышло, — думал Куцик, вздыхая над жидким горячим чаем и уже почти забыв, что сам вчера усердно «впаривал» материал Льву Викторовичу. Бессонная ночь очень остужает отвагу.
Опоздав на работу из–за вечных пробок, Антон Андреевич сразу помчался в кабинет Кобрина. Тот, слава богу, был на месте.
— Лев Викторович, — прямо с порога заявил Куцик, — я считаю что этот сюжет — провокационный.
— Какой сюжет? — Лев Викторович был настроен благодушно. Похоже, в отличие от Куцика, никакие сомнения его не мучили.
— Тот, который вчера стрингер привёз. Ну, про Рушскую косу. Уверен, что будет большой ошибкой ставить его в новости. На носу — визит Президента на Украину, а подобный материал… — Куцик прямо задохнулся от тех высоких слов, которые собирался произнести, — подобный материал — приведёт к осложнению отношений наших стран! И боюсь, нам это тоже здорово аукнется!
Куцик чувствовал себя геополитиком, от которого зависят судьбы мира. Лев Викторович начал чесать ухо, что означало у него высшую степень заинтересованности. Словно, дёргая собственное ухо, хозяин канала включал на полную мыслительный процесс.
— Считаете, провокация? — медленно произнёс Лёвка. — А я считаю — убойный материал, который мы можем дать первыми, опередив все информационные агентства.
— Понимаете, Лев Викторович, уж поверьте старому телевизионному волку, такие материалы надо согласовывать… — Куцик многозначительно воздел ввысь указательный палец. Палец слегка дрожал — сказывались последствия бессонной ночи.
— Согласовывать?.. — Лёвка задумался. Наверное, Куцик прав, хотя он и известный перестраховщик. Визит Президента на Украину — это был весомый довод.
Телефонный звонок прервал раздумья Льва Викторовича.
Куцик, сидя на краешке стула, наблюдал, как меняется лицо Кобрина, который говорил по телефону непонятными обрывистыми фразами. В основном — вопросительными междометиями.
Договорив, Лев Викторович отмахнулся от немого вопроса Куцика:
— Потом, Антон, после…
Кобрин вскочил, схватил мобильный и пиджак, наброшенный на спинку кресла. Поняв, что Лев Викторович собирается куда–то свалить, Куцик спросил отчаянно:
— Так что насчёт сюжета?
— Да хрен с ним, с сюжетом. Не до того! — Лёвка, как ошпаренный, выскочил из кабинета, оставив Куцика в хозяйском кабинете одного. Если не считать тлеющей сигареты в пепельнице, которую Лев Викторович не выкурил и до середины.
Больше всего Лёвкины приключения напоминали детскую игру «Зарница». Но понял он это только на пятом часу метаний по городу в поисках пропавшей Ляли.
Звонок, который заставил его сорваться с работы, был странным и чрезвычайно тревожным. Сначала отчаянно кричала Ляля:
— Помоги!.. Ради бога! Ну пожалуйста! Помоги-и!.. — в голосе Ляли звучал нескрываемый ужас. А потом, после паузы полузадушенный басок — говорили, похоже, через платок — нагло заявил:
— Если хотите выручить свою… хе–хе… — басок хохотнул, — подружку, приезжайте в книжный на Алтуфьевском шоссе. Только никакой милиции! В ваших же интересах! До связи…
Звонили с мобильника Ляли — именно её номер высветился при определении номера…
…В большом книжном магазине на Алтуфьевском, куда Лёвка добирался битый час, проклиная пробки, было пустынно и тихо. Немногочисленные покупатели рассматривали книги, продавцы лениво бродили между стеллажами. Лялей здесь и не пахло.
Лёвка со своими охранницами чуть ли не вдвое повысили посещаемость книжного, но следов Ляли или наглого баса среди книг обнаружено не было. Расспросы продавщиц дали нулевой результат.
— Никаких красивых девушек с длинными волосами у нас сегодня не было. Я бы заметила, — откусывая от коржика, заявила толстенькая дежурная по залу и громко отхлебнула жидкого кофе. — У нас в первой половине дня — вообще только пенсионеры и мамаши с детьми.
— Приятного аппетита, — неприятным голосом пожелал ей Лёвка.
Его телефон зазвонил уже на выходе. Ляля! Её номер!
— Алло! — заорал он так, что дежурная чуть не подавилась.
— Помоги!.. Ради бога! — вновь взмолилась Ляля. И далее — по тексту, явно записанному. Лёвка точно помнил все интонации утреннего звонка.
