Выразив своё презрение торговцам длинным гудком, Лёвка, распугивая окрестных птиц, рванул на всей скорости к родительскому двухэтажному особнячку. Стиль «модерн» со всеми прибамбасами: «аглицкий» парк с фонтанами и беседками; бассейн пока без воды; домик для прислуги. В общем, всё скромненько и со вкусом. И родители потихоньку привыкнут, не век же старый дом подновлять!
Он затеял это строительство, когда уже отчаялся уговорить родителей переехать поближе к нему на Рублёвку, в Жуковку. Они хотели жить только здесь, в «родной» Рубиновке. Пришлось прикупить участок по соседству со старым.
Родители его просили лишь об одном: чтоб всё было как у людей. То есть без особых прибамбасов. В Рубиновке слишком роскошных особняков было немного — место не самое престижнеое.
Лёвка поступил хитро. Внешне дом выглядел не слишком роскошным, а всякие дворовые постройки скрывал от случайных или завистливых взглядов высокий забор. И уж для полной «человечности» Лёвка заказал строительство не солидной фирме, а бригаде молдаван. Впрочем, работали гастарбайтеры вполне пристойно. Правда, медленно. Ну да ладно, осталось уже немного — к июлю, глядишь, и закончат.
Рабочие, как Лёвка и подозревал, дулись в «дурака» на веранде.
Увидев хозяина, работяги засуетились, а их бригадир, лохматый Илия, выбежал навстречу.
— Всё в порядке, — воровато пряча плутовские глаза, заявил Илия. — Через неделю можно въезжать. Ваша подруга — в доме. Как приехала, так и не выходит из гостиной. Может, спит? — предположил Илия.
На самом деле бригадир прекрасно знал, что Ляля спит — он лично время от времени весь последний час ходил и проверял ситуацию в парадной гостиной.
— Когда она приехала? — у Лёвки сразу стало легче на душе, как только он понял, что Ляля и впрямь здесь.
— Ну, с час, наверное. Её ваша «газель» привезла, с телевидения. Там двое телевизионщиков сказали, что вы позже подъедете, — юлил Илия. Его задача была — не пустить хозяина на веранду. По крайней мере до тех пор, пока пацаны не уберут с глаз долой выпивку.
Но Лёвке было не до рабочих с их расшатавшейся дисциплиной. Он должен был видеть Лялю…
…Ляля наконец выбрала дорогу — между красной и жёлтой линией. Идти по земле было легко. Ляля почему–то шла босиком, но земля была такой мягкой и шелковистой, что обувь была бы лишней. Она шла и шла, но Лёвки не было видно. Хотя она точно знала: он где–то здесь, рядом.
— Лев! Лёвушка! — закричала она, и неожиданно услышала ответ:
— Ляля! Слава богу, где ты пропадала?
Ляля открыла глаза. Лёвушка сидел у её ног и смотрел отчего–то испуганно.
— Ты где была? — ещё раз спросил он, руками ощупывая всю её. На предплечье он обнаружил след от укола и поцеловал красную точку.
— Я была? — удивилась Ляля. — Я была в раю! — призналась она. — А который час?
— Без десяти восемь, — сообщил Лёвка. Кажется, всё обошлось. Что это было? Чья–то дурацкая шутка? Но — зачем?
— Ох, я же на съёмки опоздала, — испугалась Ляля. — Надо нашим позвонить, сообщить…
— Не волнуйся, спящая моя красавица, я уже сообщил, — Лёвка обнял её. Главное — жива, цела и невредима.
Он даже не вспомнил о том, что хотел снять из вечернего выпуска новостей сюжет про Рушскую косу. Лишь переключив мобильный на приём всех звонков, Лёвка обнаружил, что Куцик звонил минимум двадцать раз до семи часов вечера. И ни разу — после того…
Скандал вокруг НРТ раскручивался по полной. Эффект казалось бы простенькой акции, разработанной и осуществлённой майором Ющенко, превзошёл всяческие ожидания.
На следующий день после показа сюжета о Рушской косе в вечерних новостях НРТ посол России был вызван в Украинский МИД. Где ему и была подана формальная нота протеста.
Президенты двух стран срочно переговорили по телефону, искренне заверяя друг друга в самых дружеских чувствах.
Украинская оппозиция воспользовалась очередным поводом для нагнетания страстей в Верховной Раде. Во Львове и Черновцах прошли митинги под антироссийскими лозунгами.
Многие российские СМИ прямо призывали привлечь руководство и собственников НРТ к уголовной ответственности за разжигание межнациональной розни.
Уж очень вовремя всё срослось. Отсутствие других будоражащих новостей в связи с началом отпускного сезона. Политический интерес к ситуации в российско–украинских отношениях незадолго до визита в Киев Президента России. Да и тон репортажа был запредельно антиукраинским. Хотя сама проблема, по сути, и яйца выеденного не стоила.
Рушская коса в Керченском проливе была полуискусственным насыпным образованием. Ещё в советские времена её сооружали для каких–то теперь уже неведомых целей — вроде как для защиты паромной переправы через Керченский пролив. Которая, в смысле, переправа уже много лет не функционировала. Зато граница между двумя новыми странами прошла как раз по самой косе. На межгосударственном уровне её просто формально прочертили на карте. И забыли о самом вопросе.
