Однако знакомый басок выдал уже новый текст. Теперь Лёвка должен был ехать к теплоцентрали в Матвеевском. То есть — в противоположную часть Москвы. Под конец мерзкий платочный голос выдал новые инструкции:
— Если вы, Лев Викторович, не хотите проблем для своей девушки, то извольте приехать без охраны… И будьте постоянно на связи!
Чтобы не отвлекаться на посторонние звонки, Лёвка переключил телефон в режим связи «с одним абонентом», то есть с Лялей. Все остальные входящие временно блокировались.
По пути в Матвеевское Лёвка решил заскочить на место съёмок, в Армянский переулок. Он уже сказал себе всё, что только мог, по поводу того, что не подвёз Лялю на съёмки, и слова эти были в основном нелицеприятными.
Лялину машину они обнаружил на Мясницкой, на стоянке буквально в квартале от места съёмок. Оставив охранниц на стоянке, чтобы пошукали как следует, Лёвка отправился на съёмочную площадку. Но и здесь, как объяснил ему злющий Пьянов, нервно дёргая левой щекой, «госпожа Гагарина сегодня не соизволила появиться». «Некоторым закон не писан», — заявил режиссёр и засопел, как обиженный ребёнок.
— Лев Викторович, мы нашли женщину, которая видела Лялю, — охранница Елена вытащила его уже практически из машины.
За спиной спортивной Елены топталась средних лет дама в стильных брючках по щиколотку и шёлковой блузкес короткими рукавами–крылышками. Возле женщины, как тараканы, сновали три маленькие таксы.
— Я думала, кино снимают, — охотно делилась женщина, шевеля «крыльями». — Такая девушка красивая, в белом коротком платье. Сначала она что–то кричала в микрофон…
Блин! Лёвка прекрасно знал, что кричала девушка в коротком платье!
— А потом два мужика её подхватили — как будто ей плохо стало — и посадили её в машину…
— Какая машина? — Лёвкины глаза загорелись.
— Такая специальная машина, телевизионная, там ещё было написано… — дама старательно наморщила лоб, вспоминая. Таксы истошно залаяли — кажется, мимо пробежала кошка.
— Ну, что же написано? — взмолился Лёвка, проклиная всех на свете кошек.
— НРТ! — обрадовано воскликнула хозяйка собачьей упряжки. — Именно — НРТ! Я ещё подумала, что там хорошая передача по пятницам идёт. Софья Перовская ведёт, очень мне она нравится, такая умница и не наглая. «Вспышка» передача называется, может смотрели?..
… После Матвеевского, где Ляли также обнаружено не было, пришла пора Битцевкого конно–спортивного комплекса, потом Щёлковского автовокзала… Обезумевший Лёвка следовал всем указаниям издевательского баса. Только сейчас, во время этой фантасмагорической гонки, он начал понимать, как дорога ему Ляля. И какой же он идиот, что вообще отпускает её одну, без охраны!
Было уже около семи вечера, когда прозвучал очень знакомый адрес: ему, Льву Викторовичу Кобрину, предлагалось выехать за город, по Киевскому шоссе, на… дачу собственных родителей! Это было уже сверхнаглостью: дачный сезон Лёвка ещё не открыл, а родители в настоящий момент пребывала в Карловых Варах. К тому же загородный дом в Рубиновке был ещё не до конца отделан внутри.
На звонки по дачному телефону никто не отвечал — то ли тамошние горе–работнички манкировали служебными обязанностями, то ли телефоны были просто–напросто отключены. Ну, чистая «Зарница»!
Лето Вячеслав Борисович Качалов решил провести в Швейцарии. На морях–океанах с наступлением сезона стало тесно, как на коммунальной кухне.
Его агент в Европе ещё в конце прошлого года прикупил для него особнячок с видом на озеро. Самого дома Качалов не видел, но фотография ему так понравилась, что сумму за приобретение он выписал без промедления. Больше всего в этом двухэтажном домике ему понравилась верхняя пристройка. «Домашняя обсерватория, полностью обустроенная», — так написал агент.
В Швейцарии Качалов рассчитывал завести полезные знакомства. Деньги, полученные от Герцензона, жги его карман. Ими надо было распорядиться с умом. Тем более что пока он наслаждался путешествием вокруг Африки на арендованной шикарной яхте, был упущен верный шанс удвоить капиталец. Кто–то опередил его и слил информацию о Герцензоне, за которую он рассчитывал получить ещё один неплохой куш. Ну да хрен с ним. Всех денег не заработаешь. Зато он оттянулся на все сто в обществе славненьких курочек всех цветов кожи. Особенно хороша была та метисочка с задницей как футбольные мячи.
В дом на улице Де Мулен Качалов прибыл, когда уже смеркалось. Его ждала нанятая агентом прислуга: хитроватого вида мужичок Франсуа и экономка с непроизносимым именем. Похоже, турчанка из местных эмигрантов. Надо будет проверить, в порядке ли у неё с видом на жительство, — подумал Качалов, передавая женщине чемодан из багажника такси.
После сытного ужина он уже не был так уж уверен, что стоит проверять экономку — Фатьму? Фатиму? Уж больно хорошо та готовила. Качалову всегда нравилась острая и пряная восточная кухня.
