- Физически состояние Столада стабильное. Мы пока держим его в одиночной палате. Психически он тоже, в общем, в порядке, но, всё же, пережитое не прошло бесследно – мальчик бывает мрачен, да и изоляция не приносит ничего хорошего. На разговор его вызвать непросто – рассказывает мало, а то и попросту отвечает односложно. Мы ограничены в сроках, поэтому практически единственным вариантом видится глубокое ментальное сканирование с последующей коррекцией воспоминаний.
- Но позвольте! – воскликнул полный профессор, похожий на звездочёта из детских сказок. – Ему же всего девять лет! Это может привести...
Поднялся небольшой гвалт. Сергей отвернулся и поймал взгляд Раэрктаха. Мельм выглядел встревоженным.
- Не силён я в магии, но что-то это мне не нравится. – прогудел с другой стороны Троэндор.
- Чутьё железом калёным жжёт? – переспрашивая гнома, Сергей вопросительно посмотрел на Мурта. Тот кивнул.
- Вот-вот, Серёжа, в точку. – взгляд Троэндора наполнился ожиданием.
Сергей глубоко вздохнул. Времени на сомнения не оставалось.
- Господин ректор! Господа! – маги обернулись в его сторону, и на сей раз недоумение среди них явно лидировало. Но выбора не было. – Я могу попробовать поговорить со Столадом. Он доверяет мне. Думает, что я могу помочь ему найти отца.
…
- Они скоро подойдут. С детьми Фласташ и профессор Аннориа, та чернявая с собрания. Все оповещены, мальчику никто не помешает. Надеюсь, ты сможешь обеспечить его сохранность. – голос Сондаира совершенно неожиданно донёсся с другой стороны толстого, обросшего мхом древесного ствола.
Сергей невесело усмехнулся и покачал головой – тяга эльфов к нотациям и эффектным появлениям была поистине неистребима.
- Много наших их ведёт? – спросил он, в очередной раз проводя тряпочкой по клинку своего меча. Мягкая синяя материя шла вдоль мелкого узора, образованного множеством рук, держащих друг друга за запястья.
- Полсотни. – эльф тихо выдохнул. – Великое Солнце... полсотни охранителей! Которым ещё нужно работать так, чтобы остаться незамеченными. Чтобы сорок три маленьких ребёнка без помех и волнений впервые в истории Академии совершили экскурсию в Соландир. Не многовато ли усилий...
- Ректор считает, что нет. – перебил Сергей. Он сам нервничал и хотел провести оставшееся время в тишине.
- Да... ну что ж. Ты увидишь, когда они прибудут. Дальше поступай, как сочтёшь нужным. Если что, держи связь согласно плану. Да прибудет с тобой Его свет. – эльф ушёл, но Сергей понял это скорее инстинктивно – ни звук, ни вибрация не выдали движений Сондаира.
Даже для бывалого наблюдателя было непросто определить, где начинаются окраины поселения охранителей. Деревьев не становилось меньше, домов было мало, и многие из них почти полностью скрывались ветвями.
На земле же зданий не стояло вообще. Одним из самых удивительных свойств Леса было то, что здесь не могли существовать постройки с фундаментом – в течение нескольких дней они проваливались в почву, сырели и зарастали упрямейшим кустарником, похожим на плющ, но покрытым острыми колючками. Казалось, земля борется с домами, как тело борется с вирусом, разлагая и превращая в часть себя.
Подождав несколько минут, Сергей пружинисто оттолкнулся спиной от ствола, спрятал меч в ножны и пошёл вглубь Соландира. Через пару сотен шагов дома на деревьях стали попадаться уже гораздо чаще. Эльфийские хижины, украшенные тонкой резьбой, изящные фигурные мостики, беседки и балконы соседствовали с жилищами фавнов, сложенными из тяжёлых, почти необработанных стволов и ветвей, неведомо как скреплённых и удерживающихся в древесных кронах. Очертания домов мельмов были размыты – в основном, они полностью скрывались под покровом зелени, цветов, а иногда и вовсе удивительных растений со стеблями и листьями всех цветов радуги.
При этом, Соландир вовсе не казался разнородным и разбитым на отдельные лоскуты. Лесные Народы строили, используя различные средства, но при этом совершенно отчётливо стремясь к одной цели – гармонии с тем местом, которое их объединяло. Соландир дышал этой гармонией, сплетая своё разнообразие в единый неповторимый рисунок, лишь добавлявший ему яркости.
Сергей шёл, немного жалея, что на улице день, а не ночь, когда посёлок погружался в разноцветье холодных огней и таинственные тени начинали свой хоровод.
В центре Соландира чаща расступалась, образуя почти идеальный круг диаметром в полсотни метров. Глазам не за что было уцепиться на ровной как стол, покрытой короткой пушистой травой поляне внутри этого круга, и взгляд почти сразу устремлялся вверх, на стройные ряды деревьев. Зелёная стена буйной листвы была испещрена верёвками, нитями и просто полосками ткани, натянутыми между ветвями. Эти разноцветные полосы складывались в целый калейдоскоп изображений, годами создаваемых охранителями. Очертания растений, животных, росчерки и точки небесных тел, лики богов и демонов, таинственные символы, и многое другое, пришедшее из соцветия культур и обычаев Лесных Народов, заполняло огромный зелёный холст.
