– Ага, я че, на дебила похож, про твои полеты рассказывать? Просто не пойму, что ты с этим делать будешь? Я бы вот, к примеру, все еще раз проверил, запатентовал и продал бы за миллионы долларов технологию путешествия во времени. Но тоже не вариант, облапошат, или, не дай Бог, какой-нибудь путешественник не нагайкой в прошлом получит, а то и саблей, бр-р-р… А какие там болезни? А если кто с катушек съедет от таких полетов? А если натворит там чего, это ж только в кинокомедиях с царями местами меняются и все с рук сходит. Не-е-е, брат, я в этой истории поддерживаю киношного товарища Буншу: надо позвонить куда следует, а лучше вообще никому и ничего не говорить. Я серьезно… Пойми, еще раз повторяю: ну очень подозрительно это все, не научно и недоказуемо, насколько я помню анатомию и физику с училища.
Сашка аккуратно натянул на себя просторную футболку, повернулся к Круглому, посмотрел на него внимательно и сказал:
– Мы ничего никому не скажем, сгоняем туда вдвоем, кое-что устроим и обратно. Ты же поможешь мне, брат?
– Чего-о-о-о? Да пошел ты в баню. – Женька встал и прошел на кухню, открыл холодильник и начал в нем рыться – он все время искал, чего пожевать, когда волновался – и продолжал орать из кухни. – Я же не молодой уже, Саня, вон, голова уже седая, у меня жена, сын, автосервис, у меня все нор-маль-но, вечером телевизор с женой, по выходным – футбол с мужиками, с тобой, вон, то на рыбалку махнешь, то в Хакассию по пещерам, красота! А нынче, если помнишь, мы по Оби сплавляться собрались, завязывай с этой мутотенью, а? Кстати, сегодня «Томь» играет, кубок, пойдешь со мной?
Кобылкин прошел на кухню, закрыл холодильник перед носом брата и уставился на него с невинной улыбкой, как в детстве выпрашивая очередную игрушку у старшего брата, и сказал:
– Да ладно, Евгений Романович, мне-то не звезди, я же знаю, что ты уже согласен, что ты со мной! Давай, а? Вот это приключение будет, а? И как ты жить-то потом будешь, если я там пропаду куда, один-то? Туда и обратно, лады?
– Зачем? – присаживаясь на табурет, обреченным голосом спросил Круглый.
– Царя спасем, а может, и не спасем, или революцию подкрутим чуть-чуть…
– Зачем?
– Чтобы новой не было.
– С чего ты взял, что она будет?
– Долго объяснять, поверь историку, а спусковым крючком опять будет легитимность власти: то выборы не так пройдут, то президента не того выберут, то самозванцы, то несогласные опять какие появятся. А главное не это. Полные города мигрантов, на юге нестабильность, Запад злобствует, министры воруют. Если, не дай Бог, опять какие перестройки да путчи начнутся, то эта заваруха для России последняя, и станет тебе уже не до футбола с хакасскими пещерами, и даже не до автосервиса.
– Так иди, Саш, работай! Вступай в партии всякие, делай карьеру, пока еще не старый, в прошлое зачем лезть? Ты прям, как Емеля, с печки не слезть и по воду сходить! Ты хоть понимаешь, что будет, если, не дай Бог, мы там чего напортачим? Вернемся с тобой совсем в другую страну, если она будет еще! И вообще, оглянись по сторонам, вполне прилично живем, сравнительно с любым временем и с другими странами, меньше в Интернете сиди…
– Я все продумал, Круглый, я ж историк, а не кто-то там. Мы пообщаемся с царем, как минимум, ради интереса. Прикинь, живой царь! Потом снабдим его современными знаниями и все, он сам остальное сделает! Главное, попасть к нему, самим целым остаться, может он нам даже что-нибудь подарит на память из благодарности, вот тебе и миллионы в качестве премии за спасение царской фамилии!
Судя по выражению лица Круглого, он уже мысленно подсчитывал, сколько может стоить царский подарок в наше время (в роли подарка в его голове фигурировало почему-то исключительно, яйцо Фаберже). Даже настроение поднялось у человека. Круглый произнес, все еще под очарованием этого образа:
– Ну, если просто поговорить с живым царем… Вообще-то мне советское время в целом нравится, да и Николай Второй, как бы не того же, сдал державу на растерзание. А Великая Отечественная? А Юрий Гагарин? А наши родители и деды? Окажется, что при царях жили, если по-твоему получится?
– Вряд ли, я всего лишь хочу, чтобы просто сегодня или завтра вдруг все узнали, что цари-то наши живы-здоровы, помазали кого из них на царство, присягу приняли и все! Выборы-шмыборы, подсчеты, митинги нафиг никому не нужны, есть легитимный царь и все, до свидания, а Россия – снова империя, и с красными, и с белыми, и с Финляндией, и с Украиной. И нынешнему еще хоть двадцать лет при царях можно сидеть да работать. Короче, это уж они сами пусть суетятся, а мы тогда уж и по Оби, и на Алтай.
Женька сосредоточенно наматывал челку на палец, с прищуром и не моргая уставившись в стол:
– А революцию чего ты там подкрутить хочешь?
– Да поглядим, меня во всей этой революционной катавасии одно не устраивает: сильно много кровопусканий, и казаков, и священников, и крестьян жалко, а мы теперь, видишь, мигрантов завозим вагонами, работать некому. Но это, Круглый, как пойдет, ты не боись…
