Дерево выглядело много старше того, с каким довелось подружиться в зоне первого пояса Иринтала. И ему недоставало для общения только лишь открытого сердца и мыслей. За помощь оно требовало плату, и туша зарша подходила. Только в следующий раз следовало оставлять каждую частичку жертвы, не забирая себе ничего. Тем животным, которые их съедят, они тоже пригодятся, сделают сильнее. Плата должна быть честной.
— Подскажи, далеко ли ушли мои спутники, — обратилась с просьбой к хранителю.
Хранитель первого пояса общался посредством животных. Этот же был намного сильнее. Возможно, роль сыграла жертва, но ему удалось показать образы. Лаэрта, вернувшегося к месту встречи, чтобы отследить мой путь. И Ланата сура, блуждающего по кругу, как раз по моим следам. Интересно, зачем ему?
— Покажи берег озера и место, где растет лифора, — добавила еще одну просьбу, которая осталась без ответа. Видимо, лимит вопросов я исчерпала.
Какая расчетливость! — хмыкнула мысленно. — Хранитель первого пояса был намного бескорыстнее.
Не успела об этом подумать, как в голове пронеслись картинки гибели разбойников и эльфирского отряда. У меня, если честно, челюсть отвисла от осознания, что эти смерти послужили платой за помощь. Выходит, Айвендил Квалм таким способом заполучил доступ в ущелье? Принес кровавую жертву? Десятки жертв. На миг я испугалась, что эльфир вернет себе доступ к убежищу. Но откуда-то пришло осознание, что это невозможно, и мое понимание ситуации с жертвоприношением искажено.
Хранитель не откажется от приношения, если оно сделано по правилам. Благодаря поглощенной энергии он способен общаться и передавать мыслеобразы. Чем крупнее и опаснее зверь, тем больше сил получает хранитель. А в том случае, если к нему одновременно обратятся два существа с эльфирской кровью, преимущество получит старшая ветвь.
Выходит, я — старшая? Час от часу не легче.
К сожалению, лимит общения мы исчерпали. Хранитель замолчал, никак не реагируя на мысленные посылы и вопросы. Дольше оставаться возле старого дерева было бессмысленно. Если верить недавнему видению, поблизости бродил Ланат сур, от которого нам с Лаэртом лучше держаться подальше. Мысленно поблагодарив хранителя, который, как ни крути, помог и ответил на вопросы, я выдвинулась навстречу брату.
Соблюдая меры предосторожности, добралась до поляны, откуда мы недавно разошлись. Скорость в данном случае не играла роли. Главное, чтобы Ланат сур меня не выследил.
Лаэрта нашла недалеко от дерева, по которому пыталась скрыться от преследования наблюдателя. Нарочно поскрипела ветвями, чтобы брат насторожился и не испугался того, что свалюсь на голову.
— Сестренка, наконец-то! Где пропадала? — завидев меня, обрадовался парень.
— Потише! — шикнула на него. — Ты ведь не хочешь, чтобы Ланат сур услышал?
— Как? Он что, следит за нами? Я был осторожен. Кстати, а как ты поняла, что я тебя ищу?
— Догадалась! Потому что наблюдатель тоже меня ищет. Знаешь, какое задание мне поручил? Принести цветы лифоры!
— Но ведь она?.. — парень нахмурился. — Думаешь, отправил в ловушку?
— Не знаю, — пожала плечами. — Мне сказал, что эргалов уничтожили охотники, которые наводнили Иринтал в поисках глирха. Но я все равно не верю. Он ведь пошел за мной. Я сделала крюк и увела его подальше, затем вернулась, чтобы найти тебя.
— Какой у нас план, Лоис? — посерьезнел брат. Причин не доверять друг другу не было.
— Выполним задание. Добудем доказательства и постараемся выжить. Поспешим, полдня потеряно. Нужно найти место для ночлега.
Углубившись в лес, который был далеко не таким дружелюбным, как в первом поясе Иринтала, мы направились на север. Деревья здесь росли плотнее, поэтому передвигались по второму ярусу. Да и следов так оставляли гораздо меньше, чем на земле. Однако и опасности подстерегали соответствующие. Уже метров через пятьсот нас атаковала стая гефоссов. Две взрослые особи и подросший выводок из трех котят. Мелкие еще не умели подкрадываться бесшумно, оттого и выдали себя. Оплошность пришлось исправлять старшим. Самец бросился на Лаэрта, а мне досталась самка. Если звери рассчитывали на легкую добычу, то сильно ошиблись. Увернувшись от смертоносных когтей, которые хищная кошка выставила в прыжке, полоснула мечом по лоснящейся шкуре, оставляя на боку царапину. Не смертельную — заживет, если другой зверь не учует свежую кровь. Ощетинившихся котят отшвырнула в сторону, повиснув на верхней ветке и сбивая их ногами.
А вот Лаэрт с тварью не церемонился. Схлестнулся с гефоссом, ранил его, но и сам не удержался на ветке, слетел вниз. Только почти у земли полет прервал толстый сук, на который брат напоролся с глухим стоном.
— Ты как? — поспешила к нему. Самка с детенышами отступила, так что опасность временно миновала.
— Ногу зацепил, гад! — Лаэрт со свистом выдохнул воздух, восстанавливая дыхание, и показал след от когтистой лапы на бедре.
