– Он не так уж часто там лежит. И все равно, что дает тебе право цитировать слова из моего дневника и делать вид, что они принадлежат тебе?
– Ай, брось, Паркер. Мы же близнецы. И я тоже испытываю чувства к Севен, но не могу их выражать так хорошо, как ты. Кроме того, мы же договорились. У тебя все равно не будет случая сказать ей это. В твоем дневнике эти слова просто пропали бы впустую. А я передал их Севен, и она была рада их услышать. Так в чем проблема?
В чем проблема? В ушах у Паркера зашумело.
– Ну давай, Паркер-Парк. Не веди себя как ребенок. Мы нужны Севен.
Это была первая разумная вещь, которую сказал брат. Так что Паркер протиснулся мимо него в дверь раньше, чем Хатти успели перекрыть вход и выход.
– Но потом ты непременно расскажешь мне, откуда ты знаешь Севен. Может, в прошлой жизни вы были бедуинами в Египте или фрейлиной и рыцарем в Средние века? – Казалось, мысль об этом ужасно смешит Кроува. Но Паркер с радостью стер бы улыбку с его лица.
– Спасибо, что привели Севен. – Корал в ее клетчатом костюме от «Шанель» прислонилась к массивному письменному столу. – Можете идти, мальчики.
– Нет, – возразил Кроув, прежде чем Паркер успел открыть рот.
– Мы останемся, – поддержал Паркер. Ему пришлось взять себя в руки, чтобы спокойно встретить взгляд Хатти.
– Чаю? – спросила Оливия из задней части кабинета.
– Нет, спасибо. – Кроув уверенно взял Севен за руку так, чтобы оба оказались плечом к плечу перед Паркером.
Сначала Корал скептически посмотрела на них, и Паркер уже приготовился к более долгому спору, но Корал пожала плечами.
– Ну ладно. – Она указала на стулья, стоявшие перед ними. – Садитесь.
Кроув и Севен последовали ее приглашению.
– Как ты себя чувствуешь, Севен? – мягко спросила Оливия, поставив печенье на стол перед ними. – Отдохнула немного?
Севен застыла под их взглядом. И Паркер не смог бы ее в этом упрекнуть.
– Отдохнула? После того, как меня заперли в стеклянном ящике?
– Это было ради безопасности. – У Корал хватило наглости, чтобы изобразить материнскую улыбку. – Ты была одержима и незадолго до того напала на учеников.
При слове «напала» Севен сжалась. Джеймс. Она думала про Джеймса.
Паркер инстинктивно поднял руку и уже хотел положить ее на плечо Севен, но не стал этого делать. Он поймал взгляд брата. Холодный взгляд, который сообщал, что Паркер не посмеет коснуться Севен. И хотя все внутри него хотело нарушить указание брата, Паркер опустил руку. Так было лучше для всех. Кроув был непредсказуем, а Паркер действительно был перед ним в какой-то степени в долгу.
– Итак, мы хотели сообщить тебе о том, что мы организовали для тебя гипнотерапию. К счастью, мистер Фернандес, преподаватель химии и биологии, проходил обучение и как гипнотерапевт по травмам, связанным с нападениями полтергейстов.
– Мистер Фернандес? – фыркнул Кроув. – Он проходил обучение только по тому, как соблазнять женщин.
Во взгляде Корал что-то сверкнуло. Она закинула ногу на ногу и разгладила юбку. Паркер об этом уже думал. Корал Хатти и мистер Фернандес…
– Если вы считаете, что я оставлю Севен наедине с этим проходимцем… – голос Кроува дрожал, как и его пальцы, сжимавшие руку Севен.
Севен мягко положила на них свободную ладонь.
– Все в порядке. Ничего не…
– Ну хватит, – вмешалась Оливия, ставя пустую чашку на стол. – Все будет сделано должным образом, и мы сможем освободить Севен от программирования, наведенного на нее полтергейстами.
– Мне так надоело, что меня постоянно перебивают, – огрызнулась Севен на директрис, и они вздрогнули.
На мгновение воздух в комнате словно застыл. Севен вскочила.
– Я пойду на гипнотерапию, если близнецы будут рядом со мной. И если окажется, что я угрожаю чьей-то жизни… Тогда посадите меня снова в ваш проклятый ящик.
Никто не сказал ни слова. Все смотрели на Севен, которую трясло от ярости или волнения.
Наконец Паркер поднял голову.
– Но не дольше чем на пару часов. Этот бесчеловечный ящик должен использоваться только для экстренных случаев, и только кратковременно.
– Итак? – Корал Хатти наклонила голову. – Насколько мне известно, у Варлы было видение, и, исходя из него, вас троих лучше не оставлять наедине.
Вот тварь! Откуда она об этом узнала? Паркер в одно мгновение ощутил, как жар окатил затылок. Севен не должна узнать об этом. По сути, об этом знали только он, Кроув, Варла и Сильва. Или нет?
– Значит, вы хотите сказать, что не следует оставлять ее наедине с мистером Фернандесом?
Кроув, резко обернувшись, неожиданно присоединился к нему.
– Или вы считаете, что ученики не в курсе, чем вы занимаетесь с нашим учителем биологии? – Показалось, что все присутствующие задержали дыхание. То, как Кроув беспардонно упомянул их связь, выбило Паркера из колеи.
– Прикладной биологией, – добавил Кроув с язвительной усмешкой.
Поправка. Это последнее высказывание было самым беспардонным, что произносил Кроув. По крайней мере, на этой неделе.
– Что, если терапия не сработает? – Я изо всех сил пыталась прогнать из памяти воспоминания о сцене, в которой участвовали Корал и мистер Фернандес. В конце концов, это меня не касалось.
