– Хочу тебя кое-чему научить, прежде чем ты заберешься на Ношу, – произнес Рен.
Кай неуклюже подошла к вьючной лошади – после вчерашней поездки внутренние стороны бедер болели. Ноша засопела, и Кай погладила ее широкий лоб. От мысли о том, что она поедет одна, в животе что-то перевернулось. Кай не хотелось упасть. Рен подошел к лошади и сложил ладони, совсем как вчера. Кай наступила на его пальцы, и он поднял ее на голую спину Ноши. Вьючная лошадь была ниже и полнее Обузы.
– Следи за тем, чтобы плечи, бедра и пятки были параллельны друг другу, – начал Рен. – Выпрямись, но не напрягайся.
– Ага, – сказала она. – С чего бы мне напрягаться, в самом деле?
Краем глаза Кай заметила на его губах еле уловимую улыбку – она и обрадовала, и смутила ее.
«К животным он относится добрее, чем к людям, – подумала она. – Если придется, он меня убьет».
Рен взял лошадь под узду и провел до ровной тропинки. Он подсказал Кай, что нужно цокнуть языком, и тогда Ноша пойдет вперед, а чтобы остановить ее, достаточно чуть отклониться назад и сказать: «Стой». Они бродили туда-сюда, Кай старалась привыкнуть к качке.
Урок так поглотил ее, что она совсем забыла про плечо. А потом Ноша пошла рысцой, и боль вернулась: она накатывала волнами, в такт движениям лошади. Кай поняла, что стоит ей расслабиться, и боль перестает быть такой сильной.
– Не смотри на нее, – выдохнул Рен, бежавший рядом. – Смотри вперед, туда, куда лошадь должна идти.
Через пару минут он отпустил поводья. Ноша набрала скорость, Кай начала подпрыгивать, запаниковала и резко потянула поводья, чтобы остановить лошадь. Все еще следовавший за ними Рен произнес: «Стой!» И Ноша замедлила шаг.
– Не дергай за поводья, – попенял он. – Она от тебя не сбежит. Вот Обуза могла бы, а Ноша не станет.
Кай несколько раз глубоко вздохнула, чтобы очистить мысли. Она могла бы использовать свой страх как порыв к действию – как тогда, когда ей пришлось отпустить дерево и попытаться надеть второй рукав плаща. Ноша с Кай верхом пробежала еще несколько кругов вниз и вверх по тропе, и на этот раз Рену не пришлось ее останавливать. Удивительно: говорил он немного, но учителем оказался хорошим. Да еще и, судя по всему, искренне радовался ее успехам.
– У тебя получается. – На лице Рена проступило радостное волнение.
Кай почувствовала удовольствие. Она ехала на лошади! Сама! Скорее бы рассказать об этом Киши! Стоило ей подумать о сестре, как Кай снова резко дернула поводья.
– Прости, прости! – начала извиняться она еще до того, как Рен открыл рот. Она похлопала Ношу по шее. – Я не хотела.
Кай не понимала: как она вообще способна чувствовать радость? Ее похитили и готовились продать, словно вола, а тело ее сестры осталось в змеином чистилище на дне моря. Ей бы только и думать, что о побеге и о жемчужине.
Вернулись Гото и Дой. Рен приладил перья к стреле у погасшего кострища, а Кай снова привязал к дереву. Дой кинул Рену небольшую котомку, которую тот добавил к седельным сумкам, – видимо, очередная добыча. Рен развязал Кай и помог ей залезть на Ношу. Он распределил сумки между лошадьми так, чтобы Кай досталось седло, – с опорой для ног она почувствовала себя гораздо увереннее. Ноша все еще была привязана к Обузе, направлять ее или беспокоиться о том, что она убежит, Кай не приходилось. Оставалось только не упасть.
Они поднимались к вершине. Солнце нещадно палило. Интересно, по этой ли дороге ехали Гото и Дой утром? Кай огляделась в поисках засады. На обочине, у камней, что-то колыхалось. Кай прищурилась – то ли платок, то ли сумка. Непонятно. Своим глазам она больше не доверяла – не после того, что ей довелось увидеть.
Отсюда дорога пошла вниз. Когда Гото и Дой отъезжали достаточно далеко и не могли их слышать, Рен давал Кай советы, как правильно сидеть. Она аккуратно ударяла Ношу левой ногой, и та забирала вправо. Ударяла правой – и она поворачивала налево. Ноше, похоже, нравилось разнообразие в виде седока, а не только сумок. Походка ее стала пружинистой. Кай удивлялась тому, как много она может передать лошади одними движениями ног и что та их слушается.
Они выехали на травянистое поле, усыпанное дикими цветами. Семь Тихих гор остались позади. Кай прикинула, добрались ли они уже до Бесконечной Равнины Вечных Недугов. Гото и Дой пришпорили коней. Кай напряглась, и Ноша отошла к краю дороги.
– Если ты нервничаешь, она тоже нервничает, – объяснил Рен. – Теперь она думает, что где-то притаился хищник.
– Я так быстро ехать не смогу! – заявила Кай.
– Ты справишься, – ответил Рен. – Галоп поровнее рысцы. В худшем случае свалишься на траву.
– Ага, и это будет четвертая худшая вещь, случившаяся со мной на этой неделе, – отозвалась Кай.
