И вдруг кто-то стащил с головы Кай шапочку прислужника. Она обернулась и увидела старуху, которая мухлевала в игре в кости. Та радостно улыбнулась.
– Это мое, – произнесла Кай. – Отдайте.
Старуха покачала головой. Кай сделала шаг вперед, но та развернулась и побежала. Кай понеслась было следом, но потом поняла, что это бесполезно. Обойдется и без шапочки. Кай показалось, что она увидела копну темных волос Рена где-то около музыкантов, и направилась вперед сквозь толпу танцоров. Чем ближе она подходила к сцене, тем больше людей и лис ее окружало. Воздух здесь был горячим и будто вибрировал. Кай протискивалась к сцене. Шестихвостая лисица показала ей клыки. Старый ученый с кривыми зубами погрозил пальцем. Взвизгнула флейта. Кай потеряла Рена.
Она осмотрела всю пещеру. Сердце Кай билось где-то в районе горла. Она едва сдержалась, чтобы не закричать, зовя Рена по имени. Не мог же он сквозь землю провалиться!
Если они оба будут кружить по пещере, то никогда не встретятся. Кай решила вернуться к платформе и подождать там. Она проталкивалась через танцоров, которые налетали на нее со всех сторон, задела кого-то плечом и начала падать… и ее тут же поймали, схватив за руку. Она подняла взгляд и стала извиняться. На нее хмуро смотрел Рен.
– Вот ты где! – Ее затопило облегчение. – Я повсюду тебя ищу!
Он продолжил смотреть на нее так, словно не узнавал. Кай дотронулась до его руки.
– Рен, ты в порядке?
Неужели лисы почувствовали, что Рен не один из них, и решили в него вселиться? Кай поймала его взгляд в надежде увидеть хоть искру узнавания. Но потом вдруг поняла, что ткань под ее пальцами слишком грубая и что на Рене грязный коричневый охотничий плащ, который она видит впервые в жизни. Ей что, кажется? Кай перевела взгляд на платформу с Дакини – все еще дерево и уголь. Наверное, с Реном что-то случилось. Или, может, лекарство перестало действовать. Это ведь не может быть его близнец – это иллюзия! Но ведь Рен видел сон, в котором на его близнеца напал лис. Они провели всю жизнь вдали друг от друга, но между ними была связь. Может, Рену приснились мгновения до того, как в его брата вселилась лисица?
– Пойдем со мной, – попросила она, но мальчишка уже отошел от нее.
Кай бросилась вперед и схватила его за рукав. В то же мгновение к ней направилась белая девятихвостая лисица – воздух вокруг буквально кипел от исходящей от нее угрозы. Танцоры расступались перед ней. Кай отошла в сторону. Когда лисица прошла мимо, Кай поняла, что потеряла близнеца Рена из виду.
Она нервно огляделась. Внезапно внутри нее что-то сжалось, и Кай согнулась пополам. Зубы свело. Когда боль прошла и Кай подняла голову, все вокруг замерцало. Платформа Дакини казалась то золотой, то снова деревянной. В одно мгновение Кай видела лишь лисий мех, а в следующее – человеческую одежду на его месте. Потом мерцание прекратилось: Дакини снова превратилась в богиню с белыми волосами, одетую в платье из жемчугов.
– Последняя песнь! – возвестил музыкант, играющий на флейте.
Тогда Кай и увидела его – настоящего Рена в темно-синей рубахе, с луком за спиной. Он стоял позади сцены и искал кого-то в толпе. Кай показалось, что она вот-вот упадет в обморок от шока. Рен в порядке. Значит, тот, другой Рен, был иллюзией… или его одержимым близнецом. Они пришли сюда, чтобы спасти близнеца Кай, но что, если смогут спасти и близнеца Рена? Если они поймают его и приведут к Басё, тот сможет изгнать лисицу.
Кай протолкнулась сквозь толпу и поспешила к сцене.
– Рен! – позвала она.
Рен даже не взглянул на нее.
– Он здесь, – рвано выдохнул он.
– Знаю, – отозвалась Кай. – Я тоже его видела.
Кай взглянула на музыкантов. Барабанщик косился на Рена с подозрением. Кай схватила его за рукав и потянула.
– Рен, спустись отсюда, – попросила она. – Ты привлекаешь слишком много внимания.
Он приложил ко лбу ладонь и покачнулся, словно у него закружилась голова. Глаза его расширились.
– Да. – Он спустился. – Да, ты права. Прости.
Кай оттащила его в тень, прочь от сцены. Рен согнулся пополам, уперевшись ладонями в бедра и уставившись в землю. Похоже, его лекарство тоже перестало действовать.
– Поверить не могу! – выдохнула Кай, когда Рен выпрямился. – Что произошло, когда ты его увидел? Что он сделал?
Рен оглянулся, яростно всматриваясь в толпу и сжимая челюсть.
– Не хочу об этом говорить, – процедил он.
– Мы ему поможем! – сказала Кай. – Отведем его к Басё!
Больше Кай ничего не сказала. Но она представила, как все они вчетвером – вместе с его братом и Киши – возвращаются в деревню на берегу Свежего моря.
Рен скрестил руки на груди.
– Это все лисья магия. И никак иначе.
– Но я тоже его видела! – возразила Кай.
– Хватит, Кай! – холодно произнес Рен. – Мы здесь не за этим.
Руки Кай повисли в воздухе, она почувствовала себя неловко и одиноко. Она не могла понять: как этот Рен, настолько закрывшийся от нее, мог быть тем самым человеком, что вчера отвел ее к морю? Песня внезапно оборвалась. Барабанщик ударил в гонг, и по толпе пробежали шепотки. Над платформой появились бумажные фонарики. В центр вышел лис в одежде монаха.
