– Тишина! – Председатель старался перекричать. – Дисциплинка хромает. Будем составлять список на праздничный приём 9 мая. Желающие могут записываться. По сто грамм, закуска. Концерт будет. Всего триста мест выделено на всю страну. Я буду проверять по списку, а вы говорите «да» или «нет». Ещё предлагают пансионаты для престарелых. Двухместные номера, на берегу озера, с питанием. В переводе на евро – шестьсот двадцать. Есть желающие? Подумайте. Если есть приватизированная квартира в Риге, вы её оставляете рижской Думе и переезжаете в пансионат, а Рига доплачивает разницу между вашей пенсией и содержанием.
– Я там через три месяца помру! Слава Богу, пока держимся с Зятем, – подумал Дед.
Записываться на праздничное застолье он не стал.
– Сегодня день рождения у нашего товарища, подруги. Разрешите преподнести от вашего имени шоколадку, – объявил председатель.
Старики в зале оживились, стали смеяться и аплодировать.
– Спасибо большое!
– А вот наша поздравительная открытка, с автографами ветеранов. На добрую память.
– Ой, как приятно! – раскраснелась давешняя собеседница Деда.
Достала из сумочки пакет с конфетами. Обходила собравшихся, дарила по две конфетки, шуршала синими фантиками, улыбалась.
– Теперь о молодёжи. Те, кому исполняется в этом году девяносто и девяносто пять лет, получат от России разовую помощь – сто долларов. Не сильно много, раньше было двести, но надо понимать обстановку и сказать спасибо. Латвия нам по такому случаю не даёт вообще ничего. А Россия перечисляет пенсии и пособия, несмотря ни на что, в двадцать одну страну мира, где находятся ветераны и участники Отечественной войны. Так что никакой изоляции России нет. Это американцы делают третью попытку стравить Россию с Германией и задавить. Но вряд ли у них получится. Тем, кто им помогает, я хочу задать вопрос – почему вы хаете страну и до сих пор живёте в России? Путина ругаете, законного президента, которого поддерживает значительное большинство!
– Кошмар! – вскрикнул седой ветеран с непропорционально большими ушами. – Некоторых уже лишили депутатской неприкосновенности и скоро, очень скоро они будут арестованы. Давно пора!
– Если кого-то интересуют вопросы коммунальных платежей и другие вопросы, принимает депутат рижской Думы.
– Повторите! – потребовал круглоголовый старик напротив.
– Что повторить?
– Всё.
– В следующий раз садись рядом. Запишите телефоны организации «9 мая ЛВ». Эту организацию создал когда-то Нил Ушаков, теперь он мэр Риги. Они собрали пожертвования для ветеранов. Пятнадцать тысяч.
– Восемнадцать, – поправили из зала.
– Вот видите! Работают волонтёры, для нас стараются. Звоните туда. В штаб. Этот телефон круглосуточный. Они помогают не только деньгами, но и по вашей просьбе придут, дома помогут, в аптеку сходят за лекарствами. И доплатят, если не хватает денег. Машину найдут к врачам отвезти. Вни-ма-ни-е, детский сад! Расшумелись! Последний вопрос. – Председатель постучал ручкой по столешнице. – Мне только трое сообщили, что получили материальную помощь. Кто ещё получил? По заявлению. Надо отметиться в журнале. Кто хочет в санаторий, возьмите бланк заявления, заполните. Сделать надо копию паспорта и ветеранского удостоверения. Это тем, кто может ходить, если лежачий, за сопровождающего отдельно полная оплата. Тридцать семь евро в сутки.
– Неплохо, но не по мне, – подумал Дед.
– И ещё. Активнее обменивайтесь телефонами, общайтесь между собой. Больше информации друг о друге, потому что люди пропадают с концами, а узнаём об этом поздно. Человек умер, а мы ничего не знаем. Только из России получаю сообщения, им ЗАГС Латвии подаёт сведения, и мы узнаём последними, хотя они наши товарищи. Всех обходить нет возможности, да и помощников мало, к сожалению. Есть несколько молоденьких девушек, за восемьдесят годков, вон они сидят, улыбаются. Они и бегают за всех. Если раньше было человек двадцать, то теперь всего четверо. Если нет вопросов, предложений, тогда заканчиваем собрание.
– Как летом?
– Каникулы до сентября. Потом будем собираться в Доме Москвы, здесь начнётся капитальный ремонт.
– А субботник когда?
– Будет зависеть от погоды. Автобус закажем. Но до Дня Победы обязательно должны провести. Всё? Будьте здоровы и счастливы.
Дед возвращался домой, чувствовал себя уставшим. Солнце выглянуло, словно дорогу ему показало.
Он поднял голову. Ажурный квадрат антенны на старинном корпусе ВЭФа блеснул в вечернем освещении. Дед долго смотрел. Подумал:
– Не всякий заметит. По мне, дак как маяк на высоком берегу. Ходил на его свет, знал, что он есть, и так было надо. Теперь остались ты да я. Ты погас, а я? Для кого-то голая арматура, а для меня полжизни символизирует.
