– Ты что это вытворяешь, Дед! Это что за фокусы? Ты в самоволку ходил, что ли?
– О! Привет!
– Куда тебя унесло? Тут Астриса такие ужасы про тебя нагнала, волнуется, переполох затеялся. Одетая, тока скажи куда бежать, кого спасать. Доложила, что вчера плохо себя чувствовал, кушал плохо, банан всего один съел!
– Да ну её, старая карга. Нагнала паники Я её встретил, за пенсией пошлёпала. Я ей говорю сходу – молчи! Молчи! Я теперь без провожатых буду ходить. Начни звонить, пойдут ах-ох, а я по-тихому сел и поехал. Нечего меня пасти. И всё отлично. От так.
– Серьёзно?
– Очень даже серьёзно. Абсолютно всё нормально. Туда доехал на «семнадцатом», по базару прошёлся, в мясной, гастрономический. наметилась небольшая починка. Девки спрашивают – здоров, можешь починить? Канешна! На неделе принесут несколько пар летней обуви, сезон начинается. Обратно в подземный переход и назад. Вот только пакет тяжеловатый – купил паштет, хлеба большой батон, Хозяйке рульку свиную, тапочки – летом бегать по участку. Я ей каждый год покупаю на лето. Три лата всего-то цена. Лето побегает и выкинет, не жалко. Она же меня поздравила с 23 февраля. Надо и мне её обрадовать.
– Давай я Дидзису позвоню, он волнуется, куда ты пропал.
– От он никогда не поленится, каждый раз звонит, справляется обо мне.
Зять набрал номер.
– Привет, Дидзис. Ну что, прилетел наш сокол в родное гнездо. Я, говорит, вполне даже здоров, до Елгавы своим ходом добегу. Астриса переполох подняла, вот она такая. Что делать? У нас ведь у каждого свои тараканы в голове. Рысаки, а не тараканы. Счас полдня буду всем рассказывать, где Дед, что с ним. А с ним всё в порядке, ноги в норме, здоровье есть. В пятницу? Отлично. Да приезжайте, как надумаете. Мы вам всегда рады.
Зять положил трубку.
– Тебе большой привет от Дидзиса.
– В Елгаве таких тапок нету! Недорогие, ноские, – ответил Дед в продолжение разговора.
– А я сметаны купил к обеду, вчера кислые щи хлебали, не забелили сметанкой. Нарезку взял, лососинку копчёную, бутерброды сделаю. С чаем попьём. Молочка литр, ты любишь.
– Спасибо! Я утром молочка погрел, блины Катрина принесла. Замечательная женщина. Блины белые, круглые, красивые. Тебе два сберёг, на пробу. Я немного проголодался. Давай чай пить.
– Женщине надо кого-то обихаживать. Вот как Бог их придумал, такие они и есть.
– Куда ты столько нарубил бутербродов!
– Да что тут, двести граммов рыбки на двоих. Сели, поели, нарадовались и дальше едем! Нормальное чаепитие. Ты же аппетит нагулял, я вижу. Вот я сейчас молотым перчиком припылю сверху, лимончиком сбрызну, для остринки нашей лососинки. А щи на обед погреем, часам к двум. Может, Астриса маленькую принесёт, у неё сегодня пенсия.
– Хрен она тебе принесёт на лопате! Училка, что с ней взять. Не та баба. Балованная. Вот Катрина, эта другое дело… Вкусно!
– Ещё бы, копчёный лосось. Взяли немного, побаловались. А то вон в прошлый раз по акции ты два с половиной кило цапнул, на радостях. Так ели, ели, ели. Даже устали.
– Уууу! Какие дивные блинцы с чаем, со сметанкой. Неплохо. Я тебя ждал, смотрел на дорогу, вспоминал, как из больницы добирались. Едва двигался. До магазина дополз, держусь за стеночку…
– Ладно, хоть стеночка была.
– Так и есть. Хоть в лужу завались.
– Я бы не допустил, ты что.
– А вот сегодня всё прошло очень даже неплохо. Что-то сдвинулось в хорошую сторону.
– Молодец, что не стал сразу большую нагрузку давать.
– Я же время не терял: зарядка, массаж ног, икры два раза в день разминал. Тут уж я плавно подошёл, не рвал с места. Перед этим – прошёлся, сразу заваливаюсь, а сейчас ничего.
– А что это у тебя, грудки куриные в холодильнике? Может, отбивные сделать из белого мяса?
– Это Астриса. Она сама там будет жарить, готовить.
– А чего дома не готовит?
– Не хочет таскаться туда-сюда. Сразу ко мне несёт. Всё, кроме сливочного масла. Масло – нет! Масло дорогое. Всё! Наелся до предела! Как нищий на поминках!
– И я тоже.
Звонок в дверь. Зять открыл. На пороге Астриса.
– Проходите. – Помог снять пальто.
– А я встретила нашего парня на улице. Где мои тапочки?
– Да, я в курсе. Он мне рассказал.
– О! Так вы тут лососинкой закусываете.
– Да, угощайтесь, – предложил Зять, – чаю хотите?
– Я лососину очень люблю. И чай, если можно.
– Вот и угощайся, – предложил Дед. – Я сейчас тебе тапки принесу.
– Кассу взяли? – спросил Зять. – Пенсию, имею в виду.
– Я же, когда лежала в больнице, двадцать один день, мне сделали операцию на желудке, и я сразу не могла заплатить – двести семьдесят пять латов. Знакомая мне помогла, устроила рассрочку. Теперь высчитывают каждый месяц. С процентом, конечно. За январь только двадцать латов удалось внести квартплату, за февраль ничего не платила, денег нет, а надо девяносто латов. Отопление сейчас кончится, тогда буду входить в норму. Монополисты, дерут за отопление безбожно!
– С каждым днём всё радостнее жить! Отлично! – возмутился Зять. – Вы хоть десять латов в месяц за квартиру плати́те, иначе могут выселить. А так-то хоть пытаетесь платить, юридически трудно придраться.
– Вот и я говорю! Отлично! – усмехнулась Астриса.
