Вот уж, будь добр, глупостей-то не говори — смерть его зовет. Что ты о смерти знаешь, молокосос? А ну, идем в комнату… Идем, я тебя спатеньки положу.
— Нет… — капитан открыл невидящие глаза и с трудом отвел его руку. — Мне надо наружу.
Чего? На какую еще там ружу? Никакой тебе наружи, идем отдохнем!
— Уйди... с дороги! — Саша поднял на него темный и какой-то пустой взгляд.
Тут Петрович, наконец, рассердился. А ну, сказал, не хулигань… Я с тобой знаешь, что? Я шутить-то не буду… И не смотри на меня, как чиновник на бюджет, не распилишь!
Саша задышал быстрее, потом вдруг дернулся и стал подниматься — медленно, как кадавр в фильме ужасов. Сначала встал на четвереньки, потом на колени и, наконец, придерживаясь за стену, полностью выпрямился. Несколько секунд стоял, покачиваясь, и вдруг стал заваливаться вперед. Петрович ахнул, но Сашка успел схватиться за тестя и повалился вместе с ним на пол, придавив плотно, словно упавшее дерево. Глаза его снова были закрыты, казалось, он впал в каталепсию.
— Ты чего, Сашуля? — испуганно забормотал полузадушенный Петрович. — Отпусти меня... Отпусти, говорю! Велю! Приказываю! Да что же это, где ж твое послушание? И где мой гипноз?!
Эти крики, как ни странно, произвели на капитана некоторое впечатление. Он вдруг вздрогнул, открыл глаза, встал на четвереньки и пополз по Петровичу, выжимая из тестя крики разной степени громкости и болезненности. Снова оперся о стену, поднялся, теперь гораздо увереннее, и, почти не шатаясь, вышел вон из квартиры, по дороге выбив входную дверь, словно гнилой зуб.
Несколько секунд тесть ошеломленно молчал, потом, придя в себя, начал стонать и жаловаться.
— Ох, мать моя, — стонал Петрович. — Да что же это такое делается, люди добрые? Совсем озверел наш Сашка… Надо срочно Валере звонить.
Отдавленные руки слушались его плохо, но он все-таки вытащил мобильник и набрал Темного. Валера на том конце выслушал его рассказ крайне хмуро, сказал, что перезвонит позже и бросил трубку...
Ильин и Маржана молча смотрели на Темного блюстителя. Официант, прибрав ближние столы, взялся за дальние. На лице его было написано удивление: еще полчаса назад в кафе было полно народу, а сейчас зал казался совершенно пустым. Или все-таки был пустым на самом деле?
Видя, что Валера не торопится откровенничать, Ильин взял дело в свои руки.
— Что ты сидишь, как девица на выданье? — сказал он. — Рассказывай, какие новости.
Темный вкратце пересказал, что говорил ему Петрович. Услышанное их поразило: они ведь думали, что Петрович управляет Сашкой, а все оказалось куда сложнее и непонятнее. Наконец полковник заговорил.
— Ты понимаешь, какой сейчас начнется хаос?
Валера только плечами пожал: а он-то тут при чем?
— При том, что не надо было вести переговоры за моей спиной, — раздраженно заметил Ильин. — Надо доверять партнеру.
Темный покривился: а сам-то полковник Валере сильно доверял? Зачем он науськал на него шпионов, всю эту мелкую нечисть из местных? Ильин посмотрел на Маржану. Та смутилась: извините, нечисть — это уже моих рук дело. Так сказать, личная инициатива. Нужны были аргументы для дальнейшего диалога.
— Правильно она к тебе шпионов приставила, — заметил полковник. — Тебе только бы чужими руками из огня жар загребать. Хотел за моей спиной прибрать Сашку к рукам и сидеть тут царем над всеми...
Валера побагровел от возмущения и уже открыл рот для язвительного и сардонического ответа, который, очень вероятно, перессорил бы союзников, но тут вмешалась Маржана.
— Господа, господа, прошу вас! Нас услышат.
Подошел официант, поставил на столе две кружки с пивом и рюмку с ликером. Ушел. С минуту они сидели молча.
— Ладно, извини, — наконец хмуро сказал полковник. — Признаю, что погорячился. Но и ты, Темный, тоже не прав.
— В чем же это я неправ?! — вскинулся Валера.
— Опять вы за свое, анцыбал вас побери! — рявкнула Маржана. — Сколько же можно?!
Они замолчали. Валера покосился на Маржану: это кто такой — анцыбал?
— Никто… Один знакомый.
Знакомый, значит… Ты этому знакомому скажи, что если он ко мне ближе, чем на десять шагов подойдет, я ему рога поотшибаю и все его анцыбалы оборву, понятно? Это Маржане было понятно. Непонятно было другое — что теперь делать? Может, объединиться и ударить совместными силами против Светлого блюстителя?
Однако и Валера, и полковник были категорически против. Маржана сощурила глаза: что такое? Объединенных сил света и тьмы не хватает, чтобы справиться с одним капитаном полиции?
— Это не смешно, — сказал Ильин.
А она и не смеется. Вот только похоже, она права, и придется им делать то, что запланировали. То есть отправить Темного в страну теней. Иначе им не справиться.
— Я вот одного не понимаю, — сказал Валера, — зачем нам все это, если Маржана с нами? Все местные теперь под ней ходят. Так зачем объединяться со Сварогом, которого пойди еще достань с того света, если есть Маржана? Вот с ней у нас и будет тройственный союз.
