Но не всегда сонный паралич пугал Антона мрачными видениями. Иногда к нему приходили странные человечки ростом не больше пяти сантиметров, которые любили водить хороводы вокруг его настольной лампы. Человечки хором пели песни на неизвестном языке и подбрасывали вверх свои маленькие шапочки с громким криком «Хэй!» Встречались и абсолютно сюрреалистичные картины, а один раз на огонёк к Антону даже заскочил сам Александр Сергеевич Пушкин, декламировавший одну из своих поэм удивительно писклявым фальцетом, отчего затрещали стёкла и полопались фужеры в серванте. Разумеется, когда сонный паралич отпустил из своих цепких лап Антона, вся посуда и окна в доме оказались целы.
Как потом узнал Антон от лучших медицинских светил своего города, к которым как на работу регулярно водила его обеспокоенная мать, сонный паралич – есть не что иное, как состояние полного или частичного паралича мышц, которое возникает во время пробуждения, реже во время засыпания, и сознание при этом включено. Как и почему происходит этот процесс, а главное, как от него избавиться, точно сказать, увы, не мог ни один доктор. Ни таблетки, ни травяные настои, ни расслабляющая ванна перед сном, ни даже алкоголь, который позже открыл для себя Антон, с его недугом справиться также не смогли.
Со временем мать успокоилась и перестала пытаться вылечить то, что понять она была не в силах, предпочитая делать вид, что ничего не происходит, считая, что если проблему не замечать, то она может исчезнуть сама собой. И кошмары Антона стали табуированной темой в их семье.
Из размышлений Антона вывел бодрый голос Марка:
– Тох, я на следующей неделе еду на сборы, – напомнил Марк, пригладив ладонью свои непослушные рыжие волосы, и плюхнулся на высокую табуретку возле обеденного стола. – Деканат я предупредил, но просто и ты чтоб не забыл.
– Ага, – задумчиво протянул Антон, мысли которого всё ещё занимал человек в чёрном цилиндре.
Марк снова пригладил свои волосы, что было явным сигналом того, что ему от Антона что-то нужно: сосед всегда так делал, когда собирался попросить о какой-либо услуге.
– Тут такое дело… – издалека начал Марк. – Помнишь, я тебе про Ритку рассказывал?
– Нет, – честно ответил Антон, давно потерявший счёт пассиям Марка.
– Ну, как же… – нахмурился Марк. – Та, что на врачиху учится? Нет? Не помнишь? Ну, с которой мы тогда на вписке у Митина познакомились? Ну, такая, с красными волосами ещё. Совсем не запомнил? Ладно, не суть, – наконец сдался Марк и махнул рукой. – Так во-о-от… – многозначительно подняв брови, протянул он. – Она же из Питера, и сборы тоже будут в Питере…
– И ты хочешь после сборов там задержаться на пару дней, – закончил за него Антон. – И чтобы я прикрыл тебя на парах.
Марк радостно просиял.
– Ладно, – устало кивнул Антон. – Кстати, конспекты Кротовой по политэку ещё у тебя? Ты не возвращал?
– Не-а. На тумбочке пылятся, бери, если надо. Раньше вторника точно за политэк не сяду. – Марк схватил футболку, висевшую на стуле, и быстро обнюхал её в области подмышек. Убедившись, что она вполне себе пригодна для очередного свидания и стирка может подождать, он стал натягивать футболку через голову.
Рыжие волосы, открытый добрый взгляд изумрудных глаз, спортивная фигура пловца, отточенная годами заплывов на длинные дистанции и регулярными тренировками в бассейне, отменное чувство юмора и застенчивая улыбка Марка действовали на девушек поистине магическим образом. В любой компании Марк всегда находился в центре внимания и никогда не уходил с «пустыми руками» – в записной книжке парня неизменно прибавлялась пара-тройка телефонных номеров. Даже на экзаменах женский преподавательский состав, очевидно, завышал спортсмену оценки на несколько баллов.
«Я твоя страшная подруга», – любил в шутку повторять Марку Антон, не имевший такого же успеха у лиц противоположного пола. Нет, Антон тоже не казался тихоней или занудой, был хорошо сложён и отнюдь не лез за словом в карман, но тем не менее на фоне Марка явно проигрывал. В целом такое положение дел Антона весьма устраивало: у девчонок, толпой увивавшихся за Марком, всегда находились хорошенькие подружки, так что парень тоже не оставался за бортом женской ласки.
Посуетившись немного у зеркала и приправив рыжие волосы гелем, Марк отправился на охоту, с издёвкой пожелав другу приятной ночи с политэком. Вернуться в общагу раньше завтрашнего утра он точно не планировал.
Когда дверь комнаты за Марком закрылась, Антон остался наедине со своими мыслями. Воспоминания о недавно пережитом ужасе снова хлынули на него ледяным душем.