Более всего фэйри походил на шкодливого подростка, с острыми длинными – куда более выраженными, чем у Калли – ушками, стрекозиными крылышками и в зеленом невесть из чего сшитом костюмчике. Выглядело существо весьма встревоженно.
– Почему я должен ждать? – эльф решил не рассусоливать. С таким только заведи приличную беседу – состаришься, пока до сути доберешься.
– Не губи матушку! – отчаянно выкрикнул тот, складывая ладони у груди.
– Мне нужно внутрь, а она не пускает.
«Похоже, речь о матушке-бузине. Ай да Ивушка, и откуда все это в твоей голове? А наши старейшины только посмеялись бы. Или нет? Но что-то я не помню рассказов о таком создании».
– Она не по своей воле! – голос фэйри стал еще более надрывным.
Эльф недоверчиво поднял брови.
– Она пустила бы! Пустила! Просто… не может она!
– Почему не может?
Фэйри замялся, завертел головой из стороны в сторону.
– Не жги ее! – заныл он. – Пожалуйста, не жги!
– То есть огонь ее разрушит-таки, – заключил Калли вслух, желая припугнуть мальца.
Тот разом поблек, да так, что эльфу стало стыдно.
– Пожалуйста… – голос фэйри стал еле слышен.
– Почему она не может меня пустить, и как это исправить? – смягчил голос юноша. Он искренне надеялся, что его не дурят. Все же фэйри – это не нечисть, не нимфы и иже с ними. Те не врут. Даже если и не договаривают, то как-то иначе. Не так часто делают это со злым умыслом, больше так – шуткануть. А фэйри – другие. Они тоже стараются избегать прямой лжи, но хитры и коварны. Им погубить человека или какое другое существо – развлечение, если не подвиг. Не всегда, но достаточно часто. Обманывают ли его сейчас или говорят правду? Верить или нет? Малыш выглядел отчаявшимся, и сердце Калли с трудом выдерживало под таким напором. Но он отлично понимал, насколько велика вероятность, что эту печаль через мгновение отбросят как надоевшую маску.
– Рассказывай! – строго приказал эльф, решив, что нужно сначала разобраться в ситуации, а потом решать.
Фэйри мялся, мялся. Дождался еще одного строгого взгляда и тяжело вздохнул.
– Я… не могу, – наконец выговорил он, потом огляделся и еще тише произнес: – Но я могу показать.
И тут же сжался, будто ожидая удара. Но ничего не произошло, и малыш приободрился.
«Клятва, – сообразил Калли. – Или заклятие». Как часто их условия требуют молчания, что-нибудь вроде «Запрещаю рассказывать об этом кому бы то ни было!» И если магическое подтверждение не особо удачное, то такой запрет вполне можно обойти – написать или показать. Кстати…
– А написать сможешь?
– Не обучен, – буркнул фэйри, разворачиваясь. Он поманил эльфа за собой и полетел куда-то вперед.
Кто бы знал, как Калли не хотелось туда идти. «Точно, совсем очеловечиваюсь», – подумал он. Люди славились своим умением двигаться к цели, не отвлекаясь ни на что. Его же сородичи таким качеством похвастаться не могли. Больше половины эльфийских саг и баллад стали бы куда короче, если бы их герои не отвлекались на всевозможные не имеющие отношения к их цели события. Например, нельзя, проезжая по землям какого-нибудь владыки, не зайти к нему в гости, а зачастую и на бал. Или будучи в походе и узнав о чьей-либо беде, никак невозможно не начать спасать всех причастных и непричастных. В людских сказаниях подобное тоже было, но все же не занимало три четверти повествования.
Вот и сейчас Калли как никогда чувствовал себя тем самым героем народного эпоса, который в шаге от цели отворачивается от нее и идет кого-то спасать. И можно говорить, что он тем самым все равно к ней идет, но с фактами не поспоришь – он уходит от камня, к которому так стремился.
Фэйри, трепеща прозрачными крылышками, летел впереди, а эльф оглядывался. Лес как лес. Не эльфийский, это точно. Да и следов иных рас не видно. Хотя… вон явно старая вырубка. И вот тут когда-то давно проредили деревца. Но новых признаков присутствия разумных не видно. Это радовало. Наверное.
Калли шел за фейри уже довольно долго, когда появилась ограда. Когда-то аккуратная, сейчас она могла считаться в лучшем случае живописной. Люди любили ставить что-то подобное. Калли же всегда недоумевал – зачем? Широкие столбы с каменными вазонами наверху позволяли легко забраться по ним, имея самые элементарные приспособления вроде веревки или «кошки». Эльфу или троллю и тех бы не понадобилось. Железные же пруты между этими колоннами совершенно не скрывали того, что происходило внутри. Так зачем это ограждение? От случайных путников?
«Возможно», – подумал Калли и вышел к калитке. Не запертой.
Эльф посмотрел на нее с философской меланхоличностью и на всякий случай проверил на магию. Заклинаний тоже не обнаружилось. Ужасно хотелось по примеру Грыма, когда его что-то озадачивало, почесать в затылке, но юноша лишь пожал плечами и вошел в сад. Или, лучше сказать, парк. Когда-то в него вложили немало заботы: вымостили плоскими камнями узкие извилистые дорожки, поставили беседки, посадили цветы и плодовые деревья. Кто-то с большим вкусом занимался этим местом.
