Он повел машину дальше, высматривая хотя бы небольшой пятачок, который мог бы вместить «фалькон». Буря становилась все сильнее. Четверть мили спустя вся дорога уже была покрыта нанесенным слоем песка. Это напомнило ему снежные бури его родного Крайека, особенно тот ураган, который стонал за стенами его дома в ту ночь, когда домой вернулся отец. Внезапно пришла мысль, словно удар в висок: «Неужели у вампиров есть какие-то средства управления погодой? Если да, то этот поддельный ураган — эффективное средство лишить людей, возможности бежать, разделить их. Заставить сидеть дома или на службе. Самолеты не смогут взлетать, и на море сейчас ужасный шторм. А как насчет автомобилей?»
Палатазин понял, что они могут и не вернуться с этой горы живыми. Если ветер не столкнет их машину вниз, если песок не заглушит двигатель, если темнота не наступит слишком рано… Он чувствовал зловещее присутствие замка, там, наверху, всего в полумиле…
Вдруг на капот вскочило что-то большое и серое, и его белые клыки прижались к стеклу.
— Иисус! — вскричала Джо, схватив Палатазина за руку. Существо больше походило на волка, чем на собаку, но на шее у животного имелся ошейник с гвоздиками и обрывком цепи. В густой шерсти запутался песок, глаза бешено отсвечивали желтым. Сквозь вой ветра Палатазин слышал низкое угрожающее рычание пса. Все понятно. Палатазин увидел впереди других собак — боксера, сеттера, пару дворняг. У всех в глазах застыло одно и то же яростное выражение. «Итак, — подумал он, — король вампиров позаботился и о защите крепости. Даже если бы мы добрались до замка, нас бы загрызли собаки, стоило бы нам лишь выйти из машины».
Когда Палатазин медленно подал машину вперед, собака-волк зарычала и принялась царапать стекло, челюсти ее ритмично щелкали, как будто она пыталась откусить Палатазину голову или руки. Мгновение спустя он увидел справа достаточно большой пятачок свободного от камней и дерева грунта, чтобы «фалькон» мог там развернуться. Волкодав продолжал стоять на капоте, его глаза ненавидяще смотрели на Палатазина, пока машина не повернулась задним бампером к горам. Тогда зверь ловко спрыгнул с капота и исчез вместе с остальными собаками стаи.
«Фалькон», кашляя, как старый локомотив, покачиваясь под мощными оплеухами ветра, начал медленно спускаться с горы. Один раз мотор заглох, они продолжали катиться в тишине к Голливуду, но Палатазин все вертел и вертел ключ, и мотор наконец снова затрещал, словно старый человек, которого заставляют шевелить пораженными ревматизмом конечностями. Стараясь обогнать темноту, Палатазин мчался теперь обратно к Ромейн-стрит, через Закатный бульвар и бульвар Голливуда — оба были заполнены стоящими неподвижно автомашинами. Некоторые улицы, как заметил Палатазин, полностью перекрывались песчаными «баррикадами» или столкнувшимися машинами. «Фалькон» пересек пустынный бульвар Санта-Моника и успел миновать еще квартала три, когда двигатель заглох окончательно, испустив удручающую серию жалобных скрежетаний. Палатазин попытался несколько раз включить стартер, но аккумулятор был довольно сильно посажен. Они застряли примерно в пяти кварталах от своего дома, а ночь падала на город, как черное покрывало.
Внутри «фалькона» стало уже довольно душно.
— А нельзя ли добраться до дома пешком? — тихо спросила Гейл.
— Не знаю. Это пять кварталов. Не так уж близко. Возможно, даже
— Это далеко, — повторил он.
— А другие дома? — спросила Гейл. — Мы могли бы попросить убежища?
— Могли бы, наверно. Но вы видите хоть одно светящееся окно? Где уверенность, что мы не попали прямо в гнездо вампиров? Или какие-нибудь перепуганные бедняги не примут нас самих за вампиров и не попытаются нас убить? Мой дом защищен чесноком и изображениями распятий… а эти готовы, чтобы в них спокойно ворвались вампиры.
— Так что же нам делать? Сидеть и ждать, пока задохнемся?
— …или задохнуться снаружи? — продолжал Палатазин, показывая на небо. — Ветер будет мешать нам идти. И в легкие попадет больше песка, чем воздуха. Мы задохнемся, как мотор моей машины. Однако здесь нам тоже явно оставаться нельзя. Вампирам ураган не помеха, потому что они не дышат. Итак… — Он снова посмотрел на Джо и слабо улыбнулся. — Будем бросать монетку?
— Нет, черт побери! — сказала Гейл. — Я тут в любом случае не останусь!
Джо покачала головой.
— Попробуем добраться до дома.
— Ну, хорошо.
«Пять кварталов, — подумал Палатазин. — Боже, ну и дистанция!» Ему придется оставить коробку с кольями, святую воду и молоток в машине — при таком ветре ему их не унести. Хотя нет, святую воду он любой ценой заберет с собой. Он вытащил ключ из стартера и сбросил с плеч пальто, передав его Джо.
