В следующий миг голова собаки превратилась в мешанину раздробленных костей, кровавой жижи и белесой мозговой массы. Он услышал второй выстрел пистолета Веса. Сильвера оттолкнул в сторону тяжелое тело мертвого пса-волка и встал, стирая рукавом кровь, забрызгавшую очки. Собаки кружили, прыгали и отскакивали, но близко больше не подходили. Очевидно, подумал Сильвера, серый волк был вожаком стаи, и его гибель обескуражила остальных, лишила их организации. Круг животных, поначалу сжимавшийся, стал заметно шире, и постепенно они начали исчезать за завесой бури. Вес и Сильвера слышали вой собак в скалах над дорогой, словно подданные оплакивали гибель своего короля.
— Они могут вернуться! — крикнул Сильвера. — Нужно спешить!
У него в обойме осталось всего два патрона. На ходу он перезарядил пистолет Веса и вернул его актеру.
Дорога стала менее крутой. Они скорее почувствовали присутствие замка впереди, чем увидели его темные каменные стены сквозь мутную мглу. Ветер был ужасным, он едва не сбросил Веса и Сильверу обратно на уже пройденный ими крутой участок дороги, и дальше в каменистый обрыв, куда они чуть не свалились вместе с джипом. Они продвигались вперед с максимальной осторожностью, делая каждый следующий шаг только после того, как надежно закрепились после предыдущего. Вокруг с шипением вырастали и переползали с места на место горы песка, падая с обрыва, оставляя кометные хвосты на фоне мглистого неба. Сначала Сильвере показалось, что перед ними продолжение горы, темная крутая скала, но подойдя ближе, они поняли, что это стена замка — швы между грубыми плитами казались шрамами на коже Левиафана. Они увидели башни, зубцы стен, стекла, блестевшие в высоких окнах, упиравшиеся в низкие облака шпили. Замок напоминал своим внешним видом ухмыляющийся каменный череп, громадный, жуткий, запретный, словно бесконечный кошмар.
Ошеломленный, Сильвера замер. «Вперед, — сказал он сам себе. — Это придется выдержать. То, что должно быть сделано, должно быть сделано».
— Что будем делать? — крикнул сквозь ветер Вес. — Как мы переберемся через стену?
Сильвера вдоль подъездной дорожки направился к воротам, остановился, глядя на путаницу колючей проволоки, преграждавшую путь.
— Думаю, что смогу перебраться через нее, если ты мне поможешь, — сказал он.
Вес остановился, всматриваясь в окна и балконы, в поисках признаков деятельности обитателей замка. Замок казался пустынным, вымершим. «Может, они еще спят! — сказал Вес сам себе. — Конечно, спят. Если мы поспешим, то успеем забраться туда, найти Соланж и убежать до того, как вампиры начнут просыпаться». Он наблюдал за подходившим к воротам Сильверой. Издалека доносился хор завываний — как будто собаки собирались для следующей атаки. Сильвера посмотрел через плечо, в темноту, чувствуя, как поднимаются волосы на затылке.
И одновременно со следующим шагом он услышал тихий щелчок освободившейся пружины. Что это такое, он осознал лишь через долю секунды, в тот момент, когда сверкающие челюсти капкана, подняв фонтан песка, сомкнулись на его левой голени. Боли он сначала не почувствовал — лишь треснула кость, словно сухая ветка. Он понял, о чем не подумал, когда ступил на дорожку, ведущую к воротам. Песок не случайно был здесь особенно густ. Его насыпали, чтобы спрятать капканы, пригодные не то что для непрошеных гостей — людей, а для медведей. Накатила раскаленная добела волна боли, заставившая его закричать. Он начал падать назад, медленно, словно в кошмарном сне, где все движения замедляются, кажутся безумными и ненужными. Он попытался предотвратить удар, выставив руку, и с ужасом увидел, как защелкиваются зубья нового капкана, пропустив его кисть всего на несколько дюймов. Он упал на бок — третий капкан звонко сомкнул челюсти прямо перед его лицом. Потом ему показалось, что башни замка летят на него. И они упали, накрыв Сильверу агонией тьмы.
Принц Вулкан открыл глаза. Сон мгновенно улетел, словно его и не было. Принц был молодым животным, готовым броситься на охоту. Сегодня, решил он, я спущусь в город и присоединюсь к моим войскам, вместо того чтобы ждать привезенной в замок еды. Он будет мчаться на охоту вместе с солдатами, втягивая приносимые ветром запахи, выискивая аромат теплой крови, вслушиваясь в шорохи спрятавшихся в подвалах и на чердаках людей. Жажда еды знобила принца, хотя голод был еще не слишком ощутимым.
