Ониксовый Шторм полностью

– Он не думает, что ты… – Даин качает головой. – Знаешь что? Неважно, – он поднимает средний палец в сторону солдата.

– Сжигая нас, вы не получите аудиенции у нашей королевы, – капитан поднимает подбородок.

– Нет, но, победив в бою лучшего из вас, мы получаем право на вход при дворе в ранге побежденного противника, – говорит Ксейден, наклоняя голову, и на его губах играет ухмылка.

Улыбка исчезает с лица капитана.

– Ты знаешь наши законы.

– Она знает, – Ксейден делает жест в мою сторону. – А я с ней. Раз уж я уже приставил свой клинок к твоему горлу, значит, нам стоит перейти к чему-то с более высокими навыками.

Капитан медленно поворачивается, его взгляд проносится высоко над нашими головами, и Тэйрн рычит.

– Огнедышащие остаются.

Сгаэль делает выпад слева и щелкает зубами так близко к солдату, что волосы женщины разлетаются в стороны, и она задыхается.

– Она сказала, что ты можешь пойти на хрен, – отвечает Ксейден их капитану.

Капитан бросает взгляд на Сгаэль, но не смотрит ему в глаза.

– Только половина может пойти. Выбирайте с умом. Последнее и единственное предложение.

Ксейден кивает, затем поворачивается к нам и протягивает Гаррику свой меч.

– Кого ты хочешь взять? – спрашивает он меня.

– Я? – моргаю я.

– Твоя же миссия, по отвечает он.

Черт. Я делаю глубокий вдох и смотрю мимо Даина на Миру.

– Ксейден бросил вызов. Аарик будет говорить за Наварру. Кэт за Поромиэль… – мое горло сжимается, когда я понимаю, что осталось всего двое.

Мира кивает.

– Надежный выбор. Хватит тянуть время. Даин и я, – остается второй по силе боец, а также моя сестра.

– Аэтос? – спрашивает Гаррик.

– Не задавай вопросов командованию, – предупреждает Ксейден тоном, от которого у Гаррика напрягается спина.

– Капитан сказал, что его выбрали для миссии, потому что он говорит на нашем языке, так что мы не можем считать, что он общий, – объясняю я. – Я могу подобрать несколько слов, но я потратила свое время на изучение хедотского, а остальное взял на себя Даин.

Челюсть Гаррика дергается, но он кивает.

– Дай угадаю. Я останусь здесь, – фыркает Андарна.

– Ты учишься, – отвечает Тэйрн.

Я перевожу взгляд на Миру и не нахожу в нем осуждения.

– Если мы не вернемся к ночи, сожгите это место дотла.

•••

Эйстол, столица Уннбриэля, находится менее чем в двадцати минутах полета вглубь страны, но кавалерии требуется два часа, чтобы проложить путь через крутую местность и перевалить через хребет к сильно укрепленному городу.

Сам город заставляет меня сомневаться в том, что возможно я зря взяла Тэйрна с собой. Эйстол доминирует над сельской местностью, занимая самый высокий холм на многие мили. Он построен в виде ряда террас из камня разных оттенков, но крыши его строений имеют однородный бледно-голубой цвет. Каждая терраса окружена стеной, достаточно толстой, чтобы выдержать вес Тэйрна, а нижняя поддерживает дюжину крестовых болтов с людьми. Восемь выше держат меньшее, но пропорциональное количество, и, в отличие от Деверелли, они раскачиваются в разные стороны.

Это место построено для борьбы с драконами, независимо от того, были они здесь на самом деле или нет.

– Мне не нравится, что ты находишься так близко к этим болтам, – говорю я, глядя на взвод кавалерии, проезжающий в один ряд через поднятые металлические ворота внутри каждого кольца. Один приказ, и в город будет невозможно прорваться пешком… или сбежать.

– Мне не нравится твой выбор пары, но мы здесь, – отвечает Тэйрн, когда мы приближаемся к городу с высоты сотен футов, возглавляя строй, когда с запада надвигается буря.

– Третье кольцо, – напоминаю я ему, пока мы парим над пятым.

– Я был там. Я помню, – отвечает он, складывая крылья и пикируя в сторону третьего по высоте кольца города.

Ремень моего седла давит мне на бедра, когда мы пикируем, и я жду щелчка крыльев, который, как я знаю, вот-вот раздастся… но его нет.

– Тэйрн? – люди бегут по улицам, пригибаясь к строениям, которые выстроились вдоль стремительно приближающихся стен. Если он не сбавит скорость, мы разрушим каменную кладку. – Тэйрн!

Он вздыхает, затем взмахивает крыльями и размахивает ими, встряхивая меня в грохочущем движении, а затем приземляется на стену третьего кольца. Камень осыпается под его когтями, и он опускает голову на крестовину, установленную менее чем в дюжине футов от него.

Двое из солдат, занятых на посту, отступают назад, но третий храбро стоит, частично скрытый в деревянном основании пусковой установки, одной рукой держась за рычажный механизм, а другой медленно вращая деревянное колесо, которое поворачивает оружие в нашу сторону.

Я расстегиваю ремень седла и быстро поднимаюсь, чтобы занять более выгодную позицию, кинжал уже в руке.

Тень падает на нас за секунду до того, как Сгаэль приземляется на противоположную сторону поперечного болта, и голова солдата дергается в ее сторону, а в горле раздается низкий рык, ноздри раздуваются.