Сгружая седельные сумки с Тэйрна, я не испытывала никакого чувства победы, хотя мы смогли договориться о военной помощи. Чувство неудачи от потери иридов поглощало все другие эмоции – у меня складывалось впечатление, что на языке у меня выросла плесень, которая портила вкус всего, что я ела и пила, и заражала все срывающиеся с моих губ слова, отравляла сам воздух в моих легких. Чувство разочарования крепло и росло, и к тому моменту, как я спрыгнула на покрытое высохшей грязью взлетное поле, я чувствовала себя совершенно отвратительно.
Андарна прямой наводкой направилась в Долину. Не произнеся ни слова, она перемахнула через гряду и исчезла. Ее горе убивало меня больше всего.
– Вайолет!
Не успела я развернуться, как Рианнон уже сграбастала меня в объятия. Она крепко прижала меня к себе, и я, уронив рюкзак на землю, ответила ей тем же. Возможно, все дело было в голосе профессора Каори, вопившего на кадетов где-то на другой стороне поля, или в запахе волос Ри, или в самом осознании того факта, что мы вернулись, но ощущение грандиозности того, что мы потеряли, немедленно сдавило мне горло и защипало глаза.
– Как же мне тебя не хватало! Откуда ты узнала, что мы здесь?
– Фэйге сказала мне, что вы приближаетесь, так что мы улизнули с обеда. Я так рада тебя видеть! – Ри с растроганной улыбкой отлепилась от меня. – Ты в порядке?
Я открыла и закрыла рот, не зная, как ответить на ее вопрос.
– Ри! – Откуда-то сбоку в нас врезался Ридок, сграбастал в объятия сразу нас обеих, и его двухнедельная щетина оцарапала мне лицо. – Проклятье, как же нам тебя не хватало во время этого полета! Вайолет совсем от рук отбилась! Она надрала задницу королеве, отравила маму Ксейдена и всех трех глав государства на Гедотисе, прикинь! Ну и обеспечила нас целой армией.
Ри фыркнула, освобождаясь из хватки Ридока:
– А ты что сделал?
– Да так, по мелочи. Потушил пару пожаров, надавал по щам повару. – Ридок отпустил меня и обнял Сойера, который подошел к нам, слегка опираясь на трость. – Вот это хорошо. Это правильно.
– Рад, что вы дома, ребята, – буркнул Сойер.
– И я! – Я расслабилась и обняла его.
– Вот они! Идите сюда! – прокричал Ридок, обхватив одной рукой Сойера, а другой – меня.
Марен рассмеялась и присоединилась к коллективным объятиям, но Кэт лишь вздохнула и прошла мимо.
– Никаких исключений! – решительно заявил Ридок, затягивая Кэт в толкучку между мной и Сойером. – Милые второкурсники снова вместе!
Он наконец отпустил нас, но мы продолжили стоять, собравшись в круг.
Взгляд Ри прыгал с одного из нас на другого, словно она пересчитывала вернувшихся, и наконец ее улыбка померкла.
– Мы потеряли Трегера, – тихо сказала я.
– Что? – Ри ошеломленно отшатнулась.
– Как? – Плечи Сойера поникли.
– На Зехиллне, – ответила Кэт и сглотнула. – Стрела в сердце. Но мы получили взамен армию, так что… – Она запнулась и снова сглотнула.
– Мне так жаль, – произнесла Ри, переводя взгляд с Марен на Кэт и обратно.
– И мы облажались, – впервые вслух произнесла я, посмотрев в глаза сначала Сойеру, затем Рианнон. – Мы нашли иридов, но они отказались лететь с нами. Мы облажались.
– Твою мать. – Ри совсем помрачнела.
– Какие разочаровывающие новости, учитывая текущий политический климат.
Мы отстранились и повернулись к генералу Аэтосу. Он сверлил нас всех взглядом, стоя на почтительном расстоянии от Тэйрна. Остальные подошли к нам, однако генерал не удостоил вниманием даже Даина.
Ксейден остановился между Гарриком и Дрейком. Наши взгляды на мгновение пересеклись, после чего мы оба уставились на Аэтоса.
Военный трибунал через три… две…
– Мы обсудим ваше наказание за неподчинение прямым приказам позже. – Генерал наконец посмотрел на Даина. – Как жаль, что ты родился не в той ветви семьи. – Он перевел взгляд на Кэт. – Хорошие новости в том, что ты теперь на один шаг ближе к трону.
Кэт побледнела:
– Сирена?
Мое сердце пропустило удар. Мира вцепилась в лямки своего рюкзака с такой силой, что побледнели костяшки пальцев.
– Это твоя сестра? – спросил Аэтос, сунув руку в карман мундира и направившись к нам.
– Да, – ответила Марен за Кэт.
– А. Точно. Печально известная летунья.
Аэтос достал из кармана свиток и передал его мне, толком не ответив ни Марен, ни Кэт.
– Это озадачивающее письмо пришло тебе около часа назад. С нетерпением жду, как мы обсудим его во время твоего отчета.
Я взяла пергамент, заметив сломанную печать.
– Сирена Корделла жива?
Это было жестоко с его стороны – вот так тянуть с ответом.
– Последнее, что я слышал, – с ней все в порядке. – Аэтос многозначительно покосился на письмо.
Хвала Амари.
Кэт обессиленно покачнулась и перевела дыхание.
– Что случилось? – спросила она.
А у меня кровь застыла в жилах, когда я узнала
