Его рубашка упала на пол, я обвила его руками за шею, и все мое тело напряглось, прижавшись к его обнаженной груди и шраму над сердцем. Мне хотелось облизать каждую черточку его мускулистого торса.
– Скажи мне, что тебе нужно, чтобы я могла раствориться в тебе.
Ксейден обнял меня за талию, затем опустил голову и присосался губами к шее.
– Проклятье, как же вкусно ты пахнешь.
– Это всего лишь мыло.
Затем мой разум превратился в кашицу, и я прижалась затылком к стене. Каждое прикосновение губ Ксейдена было подобно разряду электричества, которое заставляло вскипать кровь, перемешивалось с моей силой и накапливалось между бедрами.
– Только ты. – Он целовал мне шею, подбородок, затем его губы коснулись моих. – Мне нужно, чтобы ты дала мне то единственное, что ты так любишь нарушать.
Я заставила свой мозг сосредоточиться и сформировать мысль в созданном им тумане похоти.
– Контроль.
Ксейден кивнул.
– Готово. – Я вобрала в рот его нижнюю губу, затем прикусила и отпустила. – У тебя он все равно уже есть.
Я же от одного его прикосновения становилась податливой, словно глина.
– Если бы ты только знала. – Он покачал головой, скользнул пальцами по моим ребрам, и вот уже его ладонь обхватила мою грудь. Всякий раз, как он проводил шелком моей ночной рубашки по моему чувствительному соску, мое дыхание прерывалось. – Мой контроль над тобой – иллюзия. Ты – храм, которому я поклоняюсь. Я живу ради твоих сжимающихся бедер, ради твоих хриплых криков, ради тех моментов, когда мой член проникает внутрь тебя, и прежде всего ради тех самых трех слов, что срываются с твоих губ. – Ксейден провел большим пальцем мне по губам, затем вновь обхватил ладонью мой затылок и взглянул мне прямо в глаза. – Держать руки подальше от тебя – это главный подвиг всей моей жизни, а у тебя есть сила уничтожить весь мой самоконтроль одним долбаным прикосновением.
Я таяла и выгибалась в его руках. Хорошо, что он меня поднял и прижал к стене, а то мои колени подогнулись бы еще на середине этого признания. И это я еще не говорила о том, что он творил своими пальцами.
– Не трогать тебя. Поняла.
– Неужели? – Сгустки теней заструились по его плечам, обвились вокруг моих запястий и мгновение спустя прижали их к стене над моей головой. – Это то, что ты можешь взять, если мне это понадобится?
Тени бесконечным потоком текли сквозь мои пальцы и вдоль моих ладоней, обеспечивая мне перебои с дыханием.
– Да. – Я с трудом сглотнула. – На самом деле тут обжигающе жарко.
Уголок его рта приподнялся в улыбке. Сгустки теней ласкали мои ноги, задирали подол ночной рубашки все выше и выше.
– Приму к сведению.
Тени сгустились вокруг внутренней стороны моих бедер, и я выгнула спину. И пока что он даже пальцем не пошевелил, чтобы сотворить чары. Все это он делал силой своего ума. От столь небрежной демонстрации мощи мне стало еще жарче.
– Что еще? Если ты не начнешь по-настоящему прикасаться ко мне в самое ближайшее время, я сама это сделаю и заставлю тебя смотреть.
– Нам следовало это сделать еще несколько месяцев назад.
Его глаза вспыхнули, и он покатал мой сосок между большим и указательным пальцами.
– Как же хорошо.
Мои бедра терлись об него. Он был твердым и
Ксейден прикусил мой сосок и, используя свойство шелка скользить, заставил меня скулить от ощущений.
– Ксейден… – беззастенчиво взмолилась я, сжимая бедра.
Когда он вскинул голову, в его взгляде не было ни намека на озорство.
– У тебя есть сыворотка?
– В рюкзаке. Хочешь?
Вот теперь мы начали делать успехи.
Ксейден покачал головой:
– Сгаэль меня на месте испепелит. Но я хочу, чтобы ты запихала сыворотку мне в глотку, если вдруг… – Он поморщился. – А, в пекло все это. Сколько у тебя кинжалов с собой?
– Два. – Мне не нужно было спрашивать, какие кинжалы он имеет в виду.
– Пусть будет четыре. – Ксейден достал один кинжал из ножен на бедре и положил на книжный шкаф справа от меня, затем с помощью малой магии отлевитировал второй кинжал на тумбочку с моей стороны кровати. – Еще не испугалась?
Я улыбнулась, вспомнив слова, которые он сказал мне много месяцев назад.
– Нет. – Я поцеловала его в губы, прекрасно зная, что мне не придется прибегать к оружию. – И это будет уже не первый раз, когда я наставлю на тебя клинок.
Ксейден несколько мгновений тупо смотрел на меня, сбитый с толку моими словами, затем ухмыльнулся:
– Я не уверен, что именно это значит для нас.
Было ли это токсично? Возможно. Были ли это мы? Без всяких сомнений.
– То, что мы много раз обсуждали убийство друг друга, но всегда от него удерживались? – Я провела языком по его чуть разомкнутым губам, потому что он был мой и я так могла. – Я бы сказала, что это сулит нам светлое будущее. Вот если бы мы действительно попытались пустить друг другу кровь, я бы заволновалась.
– Ты метала кинжалы мне в голову.
