Ониксовый шторм полностью

Ксейден прервал наш поцелуй лишь на мгновение, чтобы стянуть мою ночнушку через голову.

Я стянула его насквозь промокшие кожаные штаны.

Он избавил меня от трусов.

Если бы раздевание было игрой, я бы определенно выиграла, но он на удивление быстро избавился от ботинок. И мне хватило одного взгляда, чтобы напомнить себе, какой джекпот я сорвала.

– Мой, – прошептала я, проводя пальцами по его точеному животу. – Я все жду, когда же это пройдет, – призналась я, когда Ксейден обхватил мою талию руками и притянул к себе.

– Что пройдет? – спросил он, садясь в кресло и притянув меня к себе на колени.

Мои колени обхватили его мускулистые бедра, сердце затрепетало в груди.

– Это благоговение, которое я испытываю всякий раз, как вспоминаю, что ты – мой. – Я скользнула руками по его плечам и груди. – Что каким-то чудом я заслужила право тебя касаться.

– У меня это тоже еще не прошло. И не думаю, что когда-нибудь пройдет. – Взгляд Ксейдена скользил по моему телу и моим распущенным волосам с голодом столь острым, что он смог бы прорезать и драконью чешую. – «Это все, о чем я думал, когда в последний раз был тут без тебя».

О да. Я начала медленно опускаться, более чем готовая почувствовать его член внутри себя.

Ксейден зашипел сквозь стиснутые зубы, когда головка его члена скользнула между моими бедрами, и я поступила точно так же, когда она потерлась о мой клитор, отчего мириады искорок засверкали в каждой клеточке моего тела.

– Еще рано, – прорычал он сквозь стиснутые зубы.

Я впилась пальцами ему в плечи:

– Я могу и умереть, если ты заставишь меня ждать…

– Никто и не говорил, что тебе придется ждать. – Он поднял одну мою ногу и опустил на верхнюю часть мягкого подлокотника кресла, затем проделал тот же трюк с другой ногой и наградил меня озорной улыбкой. Его руки скользнули к моей заднице.

– Хватайся, любовь моя.

И прежде чем я успела спросить, за что хвататься, тени обвили мои руки и потянули их к высокой мягкой спинке кресла.

– Что ты де…

– Поклоняюсь тебе.

Ксейден схватил меня за задницу и притянул мои бедра прямо к своему рту.

Я вскрикнула от первого же прикосновения его идеального языка, и лишь его руки и тени удержали меня от падения. Раскаленное добела желание молнией пронзило меня, сила достигла частоты, при которой она отдавалась вибрацией по всей поверхности моей кожи с каждым движением его языка. И снова. И снова.

«Я никогда не смогу насытиться тобой, Вайолет».

Ксейден лизал, ласкал и сосал с таким увлечением, словно у него нет и не было никаких других планов на эту ночь, его руки и тени прочно удерживали меня на месте, пока мои бедра молили о продолжении.

– Ксейден, – застонала я. Удовольствие и сила закручивались внутри меня горячей настойчивой спиралью, такой тугой, что мои мышцы застыли, а бедра задрожали. – Не останавливайся.

Он довел меня прямо до края и дальше.

Сверкнула молния, осветила комнату, за ней тут же последовал гром, а я распалась на бесчисленные осколки, разбитая волнами блаженства, которые накатывали, накатывали и накатывали. Ксейден скользнул двумя пальцами внутрь меня и принялся двигаться в такт языку, и оргазм, который должен был уже угаснуть, перетек во второй, такой же яркий, а может, даже чуточку более резкий.

«Ты такая мокрая, что я войду в тебя одним толчком», – произнес он, когда я безвольно, с дрожащими руками повисла на спинке кресла.

– Оставайся там.

Ксейден поцеловал меня в живот, затем выскользнул из-под меня. Я дернулась было, но тени держали крепко. Проклятье, я так хотела прикоснуться к нему, поцеловать, поклониться его телу и проделать с ним то же самое, что он сейчас сотворил с моим. Но если ему хотелось…

– Ты – все мои фантазии. – Его губы коснулись края моего уха, и я вздрогнула. Он опустил мою ногу на сиденье, и кресло скрипнуло, когда он поставил рядом мое второе колено. – Обернись.

Я обернулась, Ксейден склонился надо мной и поцеловал крепко и горячо.

Он приставил член к моему влагалищу в нужном положении, затем оторвался от моих губ.

– Последний шанс передумать.

– Такого никогда не случится. – Я взглянула ему прямо в глаза. – Трахни меня. Займись со мной любовью. Возьми меня. Мне все равно, как ты это назовешь, если ты войдешь в меня прямо сейчас.

«Нужда» – недостаточно сильное слово, чтобы описать, как отчаянно мне требовалось ощутить его внутри себя.

– Ты можешь дотянуться до кинжала на комоде, если вдруг… – начал было Ксейден, но я заткнула его губы поцелуем. Он застонал, затем обхватил мои бедра руками и одним долгим толчком насадил на свой член дюйм за божественным дюймом. – «Проклятье, я словно домой вернулся».

Мы оба вскрикнули, когда он полностью оказался внутри меня. Давление, угол, глубина – все было идеально. Я прекратила дергать тени и покрепче ухватилась за спинку кресла, чтобы иметь возможность оседлать волну от его следующего толчка.