Копию этого письма я переслал Некричу. Речь в нем явно шла о кратковременных визитах и лекциях, а не об оплачиваемой работе. Когда Некрич, получив приглашение в ноябре или в декабре, подал в дирекцию своего института просьбу о поездке, ему отказали. Вместе с тем ему дали понять, что он может запросить визу на эмиграцию в Израиль. Некрич в итоге так и сделал, но затем переехал из Израиля в США, где получил грант в Гарвардском университете.
30 ноября А. Д. Сахаров подал в Президиум АН СССР официальное заявление о поездке в Принстон, куда его пригласили для чтения лекций на 1973–1974 учебный год. Он намеревался ехать в США с Еленой Боннэр и ее детьми. В своих «Воспоминаниях» Сахаров писал:
В тот же период, точной даты я сейчас не помню, наша новая знакомая, преподаватель русской литературы одного из лондонских колледжей Ольга Хайг, привела к нам в гости Василия Аксенова. Рой был с ним хорошо знаком. Аксенов хотел посоветоваться насчет переезда в США. В СССР он был очень популярным и успешным писателем и часто печатался в массовом журнале «Юность» без всяких проблем. Однако два его новых и, как он считал, новаторских романа «Ожог» и «Остров Крым» отказались печатать журналы и издательства. Автор полагал, что они могли бы иметь на Западе такой же успех, как и произведения Солженицына. Аксенов не был диссидентом и ездил за границу, в основном во Францию и в Италию, довольно часто. Я его новых романов не читал и не мог высказать ему свое мнение, однако настоятельно рекомендовал обеспечить сначала договор и издание этих романов в США и лишь затем решать вопрос о переезде. В качестве примера я привел ему проблемы Григория Свирского – писателя, которого он знал. Свирский, уехавший в эмиграцию в Израиль в 1972 году, в это время жил уже в Канаде, но не мог добиться перевода своих произведений на английский. На книжном рынке США и Западной Европы наблюдался явный избыток советской тематики, которая не могла захватить широкие круги западных читателей. Многих советских проблем они явно не понимали. Трамплином для успеха того или иного литературного произведения в англоязычном мире оставались известность автора и реклама. Большие тиражи романов в Великобритании обеспечивались лишь тогда, когда их дешевые издания в бумажном переплете поступали в книготорговую сеть «Smith», большие книжные магазины которой имелись в любом городе, а также на всех вокзалах и в аэропортах.
Еще в середине июня пришло письмо «SOS» от Дудинцева. Владимир Дмитриевич был одним из немногих моих друзей, которые посылали письма открытой почтой и после потери мной советского гражданства. Мы с ним давно были на ты, и он всегда писал рукой, а не на машинке, подписываясь «В. Д.». Теперь письмо было напечатано на машинке и с образцом полной подписи автора:
