Оргистр нанёс силовой удар с пол-оборота. Сталь, столкнувшись, оглушающе зазвенела, и Габриэль вдруг вспомнил, что это был за взгляд: так зрители Арены смотрят на гладиатора, на которого сделали большую ставку, зная, что он может и не оправдать их надежд. Погибни он — и азартный зритель проиграет последнее, что у него было. Вот так смотрел имперец на Габриэля. С холодным расчётом, но надеждой на то, что выбранный гладиатор всё же победит.
Эта внезапная мысль отвлекла, и Тавэл сумел легко разблокировать свой меч, заводя его слева скользящим ударом. Острая кромка лезвия глубоко распорола руку, обнажая пульсирующую вену, и кровь огнём обожгла кожу, расплываясь выжженным пятном на чистой рубахе. Рэл рефлекторно рубанул наотмашь, с трудом пересиливая желание обернуться и увидеть реакцию незнакомца. Тавэл вынужденно уклонился в сторону.
Это — обычный поединок. Обычный бой на Арене. Выигрываешь — получаешь то, что тебе положено. Проигрываешь — остальное тебя уже не касается. Так какое к скампам гладиатору дело до реакции публики?
Рэл сделал резкий выпад и уколол противника в грудь, прекрасно понимая, что такую точную прямую атаку непросто парировать. И действительно, альтмер был вынужден уйти в сторону, прислоняясь правым плечом к стене. Рэл вошёл во вкус. Меч рубанул на уровне шеи и с грохотом высек тусклые искры из серого камня — голову Оргистра спасла его превосходная многолетняя выучка. Они поменялись местами, но Габриэль не спускал с эльфа острия своего оружия. Тавэл красиво двигался в бою. Понимая, что ему выпал прекрасный шанс атаковать, он сделал пируэт, придавая силы своему мечу, но, пропустив его клинок мимо, Рэл скользнул левой ладонью по мягкому атласу чужой рубашки, схватив за плечо, перевернул в руке меч и кулаком ударил в челюсть.
Тавэл пошатнулся, сплюнул кровь. Габриэль отчётливо услышал, как человек за столом усмехнулся.
Вновь смена позиций. В комнате не хватало места, чтобы сражаться с азартным размахом, но Габриэль видел, что Тавэлу и самому непривычно фехтовать в этих стенах. Если не считать опыт вампира, можно было сказать, что поединок проходил в равных условиях.
Мечи столкнулись на уровне груди, привычная песня стали пронзила напряжённую тишину, и вместе с ней в сухом воздухе задрожал иной, более тонкий и высокий голос. Габриэль вовремя уловил магический импульс, успел поставить слабый щит, тут же разбившийся вдребезги от огненной атаки Оргистра, и поджал губы от неприятных ощущений потери контроля над собственным заклинанием. Однако быстро взял себя в руки, сделал шаг вперёд, создавая новый барьер и замахиваясь мечом снизу. Тавэл хотел уклониться красивым пируэтом, но слабая часть клинка всё же коснулась его кожи, сделав лёгкий надрез в области лопаток. Альтмер этого будто и не почувствовал.
После Габриэль понял, зачем он так сосредоточенно тянул время, — концентрировался. Его новое заклинание вызвало такой шквал огня, что Габриэль вскрикнул от боли, с которой разорвался его энергетический щит, и ожога, оставшегося печатью на тыльной стороне ладони. Не успей он рефлекторно выдавить из себя все силы для мгновенной защиты криокинезом — сгорел бы заживо.
Тавэл не собирался его щадить.
Пирокинетическая энергия столкнулась с ледяным напором, оттеснённая назад, но Тавэл заметно превосходил Рэла в своих магических силах. Габриэль знал: нужно спасаться как-то иначе.
Безрассудно вырвавшись из-под напора огня, он прижался к стене, едва не потеряв равновесие. От столь резкой потери энергии ему с трудом удавалось оставаться в сознании. Комната перед глазами расплывалась.
Огонь погас, и в наступившем сумраке блеснула вражеская сталь. Клинок вмиг показался Рэлу неподъёмным, чтобы отбить атаку, поэтому он стремительно ушёл из-под удара, не различив в этой атаке финт. Когда он уклонился с разворотом, меч Тавэла резко поменял направление и вскользь прошёл по груди. Габриэль неосознанно схватился за рану, словно пытался остановить хлынувшую волной кровь, застонал от пульсирующей острой боли, но не позволил Тавэлу добить его. Сумел избежать финальной атаки, принять удобное положение и нанести слабый ответный удар, нацеленный в правый бок. Эльф без усилий отбил его оружие, молниеносно опустив клинок.
— Достаточно, — вдруг приказал незнакомец, позволив Рэлу облегчённо прислониться к стене и крепче зажать рану на груди. Кровопотеря стремительно лишала сил.
Опустив меч, Тавэл приблизился, чтобы помочь ему магией, но Габриэль не позволил этого сделать, переворачивая оружие и возвращая его хозяину. Усмехнувшись, вампир забрал второй меч и отошёл.
— Я могу идти? — Габриэль задал этот вопрос имперцу, которой всё это время не спускал с него глаз и, получив в ответ медленный утвердительный кивок, вышел из комнаты, заставляя себя сохранять спокойствие.
Сквозь скрип двери он услышал ностальгическое, сказанное почти ласково: «Такой же гордый», — и потом его уже не интересовали ни чужой разговор о нём, ни то, кем был этот странный тип, ни всё случившееся.
