— Нет. Может, потому что Леонсия всё же была одной из нас. Она пережила Ярость, доказала, что умеет отвечать за свои ошибки и что достойна быть в рядах Тёмных братьев. И вот после того, как она вернулась… больше контрактов ей не давали.
— А что было с Братством?
— Душители подчистили за Леонсией. Легионеры так и не добрались до Убежища.
— И как давно это случилось?
— Меня тогда ещё тут не было. Кажется, лет одиннадцать или двенадцать назад.
Габриэль рискнул спросить:
— Но почему с ней отправляют меня, а не кого-то более опытного? Того же Агарна, к примеру.
Фалько задумался и ответил не сразу.
— Может, это её отправляют с тобой? — Габриэль не нашёл, что ответить, и Джи уточнил: — Что за контракт?
— Нам надо уничтожить какой-то знатный род на графском вечере в замке. Что-то такое.
Аргонианин присвистнул:
— Если тебе отдают такой приказ, то это означает одно из двух: либо тебе очень доверяют…
Он сделал драматичную паузу, и Габриэль не дождался:
— Либо?..
— Либо хотят загнать в могилу.
========== Глава 6 ==========
Как и договаривались, Габриэль ждал Леонсию у конюшен на рассвете. Солнце поднималась тяжело, неохотно, предзнаменуя неожиданно пасмурную погоду: с востока шли тяжёлые графитные тучи. Уже осёдланный Валет нетерпеливо топнул копытом и ткнулся влажной мордой в ладонь; Габриэль задумчиво погладил коня. Они уже успели познакомиться и, кажется, даже сдружиться. Рэл и вспомнить не мог, когда в последний раз был в седле, но Валет под ним вёл себя спокойно и важно, словно для него была честь взять на себя ответственность за такого нерадивого всадника. Широкие тёплые ноздри продолжали настойчиво изучать его одежду.
Рядом встревоженно замотал гривой вороной Леонсии, и Габриэль обернулся на город. Он не сразу поверил, что приближающаяся девушка — та самая тихая заботливая эльфийка, которая проводит свои дни в Убежище, рисуя картины, разбирая бумаги, варя зелья для остальных и беспокоясь за выполнение чужих контрактов. Сейчас перед ним предстала другая Леонсия: неожиданно высокая, сильная, строгая. Её защищала удобная крепкая броня из чёрной кожи — не совсем такая, как у Габриэля и остальных братьев, — к которой крепились широкие ремни с оружием. На груди и поясе — наборы метательных кинжалов с украшенными золотой спиралью рукоятями; за спиной — пара любимых редгардских ятаганов. Но первое, на что Габриэль с сожалением обратил внимание — она всё-таки обрезала волосы.
— Хватит пялиться, как на изваяние в Храме Единого, — с упрёком потребовала она, взваливая седло на своего коня. Габриэль признал, что был неправ. — Поедем через лес, чтобы выиграть немного времени и успеть застать прибытие Борленов в Анвиле.
Габриэль прикинул, покачал головой и озвучил:
— Не успеем.
— Не доверяешь мне? — Затягивая подпруги, Леонсия бросила на него насмешливый взгляд.
— Просто не думаю, что через лес верхом — хорошая идея, — коротко объяснил он, поднимаясь в седло. И поддел: — Не боишься заблудиться?
— Я же эльф, мне положено знать все лесные тропинки…
Она усмехнулась, села верхом и пришпорила коня, довольно быстро тронувшись с места. Габриэлю потребовалось некоторое время, чтобы понять, как заставить пегого держать такой же темп. В итоге Валет даже обогнал её вороного.
— Ты альтмер, — запоздало ответил Габриэль.
— Уверен?
Он искренне признался:
— Нет.
— Кстати, Габриэль, Джи разве не предупредил тебя? — Он был готов поклясться, что слышал, как она смеётся за его спиной.
— О чём?
— Не вырывайся вперёд. Валет нервничает, если кто-то держится сзади.
После этих слов Рэлу в самом деле стало казаться, что конь начал вести себя как-то беспокойно и тревожно. На всякий случай он решил пропустить Леонсию, и она звонко над ним рассмеялась.
Габриэль в шутку потребовал:
— За обман ты обязана утолить моё любопытство.
— Спрашивай.
— Ты вампир-полукровка?
— Ага, — лениво протянула она. — Но ты это и так знал.
— А кем была твоя мать? Обычным человеком?
Леонсия поправила:
— Обычным эльфом.
— И что случилось?
Она вдруг обернулась.
— О чём ты?
Габриэль не уследил, когда смог направить разговор в столь беспокойное русло, но не отступил.
— Почему ты в Тёмном Братстве с Тавэлом, а не с ней?
— Потому что чем старше я становилась, тем яснее все понимали, что среди обычных мне не ужиться. Тавэл забрал меня в Братство, когда мне было двенадцать, с тех пор о матери я ничего не слышала.
— Мне жаль.
— Не извиняйся, я её почти не помню.
На этом Габриэль решил прекратить разговор. Ему всегда казалось, что Леонсии — чуть больше двадцати. Но раз она уже не помнила свою мать…
Альтмерка снова повернулась, и Габриэль заметил, что она тоже стала серьёзнее. Её слова прозвучали крайне осторожно:
— Рэл, а я могу задать тебе вопрос?
— Конечно.
— Терребиус — твоя настоящая фамилия?
— Да. Настоящая. — Рэл вывел коня вперёд, поравнявшись с девушкой насколько это было возможно на неширокой лесной дороге. — И я не понимаю, почему это вдруг стало так важно.
— Ты знал своих родителей?
— Знал. Они погибли восемь лет назад.
— Мне тоже жаль.
