Как-то утром, войдя в нашу спальню, я вижу документ, лежащий на столе. На нем королевская печать. Конечно, я, не удержавшись, читаю – и тут же об этом жалею. Передо мной охранное свидетельство, подписанное самой королевой, которым она просит короля Франции пропустить без задержки в Париж и другие части королевства ее верного слугу Эдварда Сеймура, который направляется в эти места на законном основании и по ее поручению.
Париж? Франция? По ее поручению? Да что все это значит? В ярости и смятении я бросаюсь на поиски Неда и нахожу его во дворе, где он осматривает новую кобылу. Муж смотрит на меня испуганным взглядом, когда я отпускаю конюхов. Потом я показываю ему охранное свидетельство, и лицо его мрачнеет.
– Я не мог не согласиться. У меня не было выбора. Все собирался тебе сказать, но не хватало мужества: Джейн так больна и ты волнуешься, сама знаешь из-за чего… – Он пытается обнять меня, но я отталкиваю его. – Не хотел еще и это взваливать на твои плечи, – в отчаянии говорит он. – Мне буквально навязали эту миссию. Клянусь, я ее не искал!
– Какую миссию? – Кровь во мне закипает. У меня нет причин проявлять рассудительность.
– Я еду во Францию с дипломатическим поручением, а это большая честь и знак того, что королева благоволит ко мне. И возможно, первый шаг к дальнейшему росту, что пойдет на пользу нам обоим, душа моя. И еще мне приказано сопровождать в Париж Томаса Сесила, сына государственного секретаря, находиться при нем, пока тот не закончит образование. Откровенно говоря, Катерина, меня перспектива столь скорого расставания удручает не меньше, чем тебя, но я знаю…
– Пока тот не закончит образование? И сколько же это будет продолжаться? – в бешенстве кричу я. Слезы текут по моим щекам.
– Успокойся, любовь моя, не надо так плакать. Нет, это невыносимо! – взрывается Нед. – Послушай меня, пожалуйста. День моего отъезда еще не назначен, требуется подготовка. Насколько мне известно, ее величество может в любой момент изменить решение, и тогда я вообще никуда не поеду. Ты же знаешь, у Елизаветы семь пятниц на неделе. Так что, пожалуйста, прошу тебя, вытри слезы. Будь моя воля, я бы ни за что тебя не оставил. Но если королева повелевает отправиться во Францию, у меня не остается выбора. Ты должна это понять.
Я падаю в объятия Неда – не могу долго на него злиться. Плачу навзрыд, в отчаянии оттого, что он уедет за море, что придется расстаться с ним на неопределенное время, тогда как для меня мучительна даже короткая разлука. Кроме того, я плачу еще и по другой причине: мне приходит в голову, что, может быть, Нед в глубине души и рад предстоящему отъезду, возможности вырваться из того запутанного клубка, в который сплелись наши жизни. Наконец я успокаиваюсь и молча выговариваю себе за то, что думаю дурно о человеке, который сжимает меня в объятиях и шепчет мне слова любви. Ведь карьера очень важна для мужчины. Как я могу быть так несправедлива к Неду?
