Опасные видения полностью

– Выпил слишком много Вексвельта за раз, – сказала она Воридину. Тот положил Чарли на плечо большую теплую ладонь и смеялся вместе с ним. Когда Чарли наконец отдышался и утер влагу из глаз, Тамба сказала:

– Вон куда мы отправляемся.

– Куда?

Она показала, очень точно. Из веселой мешанины сияющей зелени манили три стройных темных дерева наподобие платанов.

– Те три дерева.

– Я не вижу дома…

Вордин и Тамба рассмеялись в унисон – это им понравилось.

– Идем.

– Мы же собирались подождать…

– Ждать больше не нужно. Идем.

– Дом всего в паре шагов от порта, – сказал Чарли, – но их не видно друг от друга. И дом большой, с деревьями вокруг – и даже внутри. Я поселился с семьей и работал. – Он хлопнул по толстой папке. – Все это. У меня были лучшие помощники.

– Неужто. – Мастер Архива больше заинтересовался этим, чем услышанным до сих пор. А может, это был уже другой интерес. – Значит, они вам помогали? Вы бы сказали, они рвутся торговать с нами?

Ответ, очевидно, был для него важен.

– Все, что я могу сказать, – Чарли Бакс аккуратно подбирал слова, – что лично я попросил эти данные – список торговых ресурсов Вексвельта, приблизительные расценки. Все они довольно практичны – и все до единой лучше конкурентных. На это есть ряд причин. Прежде всего, конечно, сами ресурсы – практически любые, невероятное богатство. Об их горнодобывающих техниках вы и не мечтали – там и сбор, и сохранение; им нет конца. На первый взгляд планета пасторальная – так вовсе нет. Это кладезь природных сокровищ, который продумали, разработали, спланировали и поняли, как ни одну другую планету в известной вселенной. Эти люди никогда не вели войн, ни разу не отклонялись от первоначального культурного плана – и он работает, Мастер, он работает. И он породил здоровых и здравомыслящих людей, которые, когда принимаются за работу, делают ее закатав рукава и… ну, прозвучит странно, конечно, но по-другому и не скажешь: с радостью… Вижу, вам не хочется это слышать.

Старик открыл глаза и посмотрел прямо на своего гостя. Во время словесного водопада Бакса он отвернулся, прикрыл веки, изогнул губу, позволил рукам вскинуться к вискам и ушам, словно от него требовались огромные усилия, чтобы их не зажать.

– Я только слышу, что мир, захваченный конкретным народом и державшийся в стороне, сейчас прислал вас, чтобы требовать контакта, который никому не нужен. Нужен ли он им самим? Они его, разумеется, не дождутся, но представляют ли они, что станется с их миром, если все это… – он махнул рукой на папку, – правда? Как они сдержат эксплуататоров? Есть ли у них что-нибудь особенное для обороны, как для всего остального?

– Я и не знаю.

– А я знаю! – Старик разозлился сильнее, чем Бакс видел до сих пор. – Их натура и есть их оборона! Никто и близко к ним не подойдет, никогда. Только если они разорят собственную планету, всё очистят и переработают, доставят в космопорт за свой счет – и вдобавок отдадут бесплатно.

– Даже если они умеют исцелять рак?

– Мы и сами можем исцелить почти любой рак.

– Они могут исцелить любой.

– Новые методы открываются каждый…

– Они применяют свои методы уже не знаю сколько лет. Веками. У них нет рака.

– И вы знаете, что это за средство?

– Нет, не знаю. Но группа ученых поймет меньше чем за неделю.

– Неизлечимый рак не подлежит клиническому анализу. Он считается психосоматическим.

– Знаю. Именно это и проверит группа ученых.

Повисла долгая, заряженная пауза.

– Вы не совсем со мной откровенны, молодой человек.

– Именно так, сэр.

Новая пауза.

– Вы имеете в виду, что они здоровы и не знают рака из-за своей культуры.

В этот раз Бакс не ответил, но позволил словам старика повиснуть в воздухе, чтобы быть услышанными, прочтенными заново. Наконец Мастер Архива заговорил снова – практически шепотом, сотрясаясь от гнева:

– Мерзость! Мерзость! – На его подбородок попала капля слюны – он будто и не заметил. – Пусть. Меня. Лучше. Сожрет. Заживо. Рак. И пусть я сойду с ума, чем жить с таким «здоровьем».

– Вдруг другие не согласятся.