Саймолидад свирепо зарычал, оскалился, как дикий зверь, выхватил дубину и бросился на Астайана. Камайи завопили на разные голоса. С десяток воинов, верных Саймолидаду, попыталось оказать помощь вождю. Они также побежали на воинов карри, которые приготовились к битве. Однако речь вождя карри оказалась действенной. Большая часть племени камайи осталось стоять на месте, а несколько воинов выскочили и преградили путь соплеменникам, чтобы те не мешали схватке двух вождей. Воины племени не стали сражаться между собой, они что-то угрожающе прокричали друг другу и остались сторонними наблюдателями. Тем временем, Саймолидад схлестнулся с Астайаном. Яростно размахивая дубиной направо и налево, он наносил мощные удары один за другим. Вождь карри с трудом парировал их, уклоняясь в сторону. Натиск вождя камайи был столь мощным, что Астайан отступал всё дальще к поселению. Всё же он не собирался сдаваться и пытался перехватить инициативу, несколько раз взмахнул дубиной в ответ ударам противника. Саймолидад наседал на него, размахивая дубиной без устали, словно заведённый. Вождь карри умело уходил от самых мощных ударов и вскоре сумел приостановить натиск своего соперника. Уже он перехватил инициативу и методично наносил удары по вождю камайи. Похоже, что тот немного выдохся: удары он наносил реже и не с такой силой. Так они кружились какое-то время, изредка обмениваясь ударами, не особо чувствительными для них. Мне стало ясно, что исход схватки будет зависеть от ловкости и мастерства одного из вождей. Саймолидад собрал все силы и снова стал наседать на Астайана, выкрикивая гневные проклятия в его адрес. В какой-то момент вождь карри совершенно непостижимым образом поднырнул под руку вождя камайи и нанёс ему сокрушительный удар по затылку. Саймолидад зашатался, но не упал. Он обернулся, громко закричал, взмахнул дубиной, однако не успел опустить её. Соперник нанёс ему ещё один удар, после которого вождь камайи захрипел, выпустил дубину из рук и замертво рухнул на землю. Астайан, тяжело дыша, обернулся к поукаи. Аборигены, столпившись, угрюмо смотрели на побеждённого и победителя.
— Поукаи! Посмотрите на этого предателя своего народа, — Астайан ткнул дубиной неподвижное тело. — Вы из страха подчинились ему, до этого подчинились злому волшебнику. Неужели мы будем всего бояться, не отстоим свой мир? Сегодня вы увидели, что предателей всегда ожидает смерть и их нечего бояться. Камайи, я предлагаю вам избрать нового вождя, который будет бороться за свой народ. А затем, все вместе, мы будем броться с тем, кто пытается подчинить себе нашу землю. Ведь мы всегда были свободными. Я верно говорю, поукаи?
Поукаи восторженными криками поддержали речь Астайана. Тот сразу же направился к нам с Оозорваном. Я вопросительно взглянул на вождя камайи.
— Сейчас узнаем, куда Саймолидад направил женщин. Мы непременно их найдём, — обнадёжил он меня.
Астайан направился к воину, стоявшему у хижины, о чём-то с ним заговорил. Вскоре вождь вернулся к нам.
— Похоже, что Саймолидад отправил с жещинами двух воинов к берегам Чёрного озера. Где-то там есть укрытие и они должны были дожидаться там, пока вы не убрались бы из наших земель, — сообщил он самую свежую информацию.
— Тогда нам нужно немедленно идти за ними.
— Сожалею, но мы не успеем их догнать, скоро станет темно и в лесу мы не сможет их найти, — огорчил меня Астайан.
Я устало присел, обхватив голову руками: когда же смогу в конце концов обнять любимую? Казалось бы, вот-вот, она рядом, а снова мне не удаётся её увидеть. Словно проклятие какое-то, всё время нам кто-то мешает.
— Влад, не переживай, — Оозорван присел рядом, — теперь нам никто не помешает, мы найдём Лейни. Астайан прав: в темноте мы никого не отыщем.
— Да, конечно, я всё понимаю, но уже в который раз так. Кажется, что Лейни уже со мной, а нас снова разлучают. Знаешь, это так мучительно. Ведь там, на Земле, вспоминал Лейни каждый день, думал, что как только вернусь, сразу обниму её. Почему так получается?
Верный товарищ лишь сочувственно положил мне руку на плечо. К нам подошёл один из воинов Астайана и натёр мою ногу мазью. Это было очень кстати, так как нога распухла, я с трудом мог ступить на неё. Придётся смириться, действительно, какой из меня сегодня ходок. Нам с Оозорваном отвели место в хижине из зелёных веток. Наскоро поев, сразу же лёг спать. Нужно набираться сил.
